«Наши предки ко всему относились с уважением. Очень уважали они и притчу о крабе», — продолжает он. Содержание притчи служит напоминанием о том, что было известно предкам: жизненная энергия народа хайда заключается в сохранении их языка.

Сделанное вручную каноэ, в котором сидит Джеймз, имеет столь же богатую историю, что и рассказанная им притча, поскольку выдолблено из цельного ствола гигантского кедра покойным Биллом Ридом, всемирно известным резчиком и художником из племени хайда. Накануне многие видные представители хайда возвратились из Нью-Йорка, откуда они доставили на родину кости предков, увезенные археологами 100 лет тому назад. Уже в поселке Скидегейт священные останки были перенесены на упомянутое каноэ, где и находились до проведения церемонии захоронения, состоявшейся через четыре дня.

Каждый день, за исключением выходных, Джеймз приходит в длинный вигвам, расположенный на берегу в Скидегейте, для записи на пленку своих знаний, которыми он делится, участвуя в программе, посвященной сохранению языка. Внутри вигвама старейшины, выросшие в различных поселениях, спорят друг с другом по поводу произношения и написания, занимаются обучением молодежи, репетируют трудные отрывки и анализируют различные нюансы языка хайда, в котором широко используются определения и метафоры.

Сегодня из тех 4000 хайда, которые живут на островах Королевы Шарлотты и острове Принца Уэльского, входящего в состав территории Аляска-Панхэндл, лишь около 50 старейшин свободно разговаривают на этом языке.

Обучение устной традиции неизменно проходит в благоговейной обстановке и с использованием множества притч, которые рассказывают старейшины племени хайда. Во всем, чем бы они ни занимались, хайда всегда видят связь со своими предками, своей землей и живущим поколением: тюленей, китов и воронов они называют своими братьями и сестрами, а рыб и деревья — «людьми с плавниками» и «лесными людьми».

Это находит отражение в преамбуле к Конституции хайда, которая знакомит нас с поэтической стороной этого народа: «Наша культура, наше наследие выпестованы уважением и любовью к земле и морю. Подобно лесу, корни нашего народа переплетены так туго, что самые большие беды не могут одолеть нас. Своим существованием мы обязаны Хайда-Гвайи».

«На этих островах жили и умирали наши предки, и мы тоже будем строить здесь наши жилища до тех пор, пока не будем призваны к ним в загробный мир. Ответственность за передачу нашего наследия будущим поколениям ложится на нынешнее поколение».

Хайда-Гвайи — это название островов Королевы Шарлотты на языке хайда, которое означает «острова, населенные людьми». Следы предков хайда обнаружены на Хайда-Гвайи в сотнях мест археологических раскопок, самому древнему из которых приблизительно 9000 лет.

Большинство из 138 островов являются сейчас частью национального парка-заповедника «Гвайи-Хаанас». В Джуно, штат Аляска, находится Хайда-тлинкитский центральный совет представителей индейских племен Аляски, выполняющий функции суверенного органа управления, который представляет интересы 24 000 человек. Сам народ хайда разделяется на две фратрии — Орла и Ворона.

В мифе о возникновении хайда, который рассказывается во множестве различных вариантов, предстает образ Ворона, который лестью выманивает человека, укрывшегося в раковине моллюска. В другом мифе Ворон, пользуясь хитростью, меняет свою личину и похищает из Обители Небесного вождя Солнце, Луну и Звезды, которые он вручает людям.

Притчи хайда и мифы о возникновении этого народа изучаются сейчас в Канаде и на северо-западе континента в рамках учебной программы третьего класса, хотя целенаправленные усилия по документированию строя и словарного состава языка хайда начались только в 1972 году. Существуют два диалекта: на одном говорят в поселке Скидгейт, на другом — в поселке Массет, расположенном в 40 милях дальше на север. На этом северном диалекте говорят также хайда, живущие на Аляске.

Сто лет тому назад диалектов насчитывалось гораздо больше, поскольку пути развития языка в каждом из широко разбросанных селений отличались друг от друга. Однако в связи с эпидемией оспы, от которой погибло приблизительно 95 процентов населения, эти селения оказались заброшенными.