В то утро, когда я уезжала из Дублина, чтобы начать работу в качестве Верховного комиссара ООН по правам человека,— а это было всего лишь два месяца назад — Симус Хиней подарил мне книгу «Золотой сук» в замечательном переплете, с ободряющей дарственной надписью: «Берись за дело смело и решительно...»

Мне кажется, что сегодня здесь, в Оксфорде, где мне впервые представляется возможность публично поразмышлять о моих новых обязанностях, было бы уместно повторить эти слова. До настоящего времени я занималась тем, что набиралась опыта и решала практические вопросы, осознавая, что у меня слишком мало времени, чтобы остановиться ненадолго и немного поразмыслить. Выпавшая мне честь выступить с почетной лекцией за 1997 год лишает каких-либо предлогов для того, чтобы продолжать откладывать свои размышления.

Мне особенно приятно вернуться в ваш университет и проследовать за вашим глубокоуважаемым ректором, который в разговоре со мной назвал себя «человеком прошлого года». Я хотела бы привести следующие слова из его почетной лекции:

«Оксфорд как географическая реалия и как одно из величайших академических сообществ мира является незаменимым национальным (и международным) достоянием, и долгом каждого из нас является бережное и творческое отношение к нему».

Я благодарю вас за предоставленную мне возможность воспользоваться этим достоянием на самом раннем этапе моей нынешней работы, которую я уже охарактеризовала как чрезвычайно нелегкую задачу.

Глубокое чувство потери, ощущавшееся во всем мире после кончины сэра Исайя Берлина, напоминает нам о том, сколь велика мощь этого академического сообщества. Я обращаюсь и к имени этого человека, поскольку — о чем нам напомнил Бернард Крик — И. Берлин был, говоря его собственными словами, которыми он охарактеризовал Бориса Пастернака, «солдатом в битве за человеческую свободу».

Человеческая свобода — это ценное пространство, определяемое стандартами, законами и процедурами, которые охраняют, защищают и укрепляют права человека. Все мы являемся хранителями этих стандартов. Как говорится в Венской декларации 1993 года, «права человека и основные свободы являются правами, данными с рождения каждому человеку». Я не предлагаю подробно рассматривать здесь международные инструменты и механизмы, разработанные начиная с 1948 года, однако вся эта совокупность основных международно-правовых документов в области прав человека существует потому, что защита уязвимых лиц или групп на национальном уровне либо отсутствует вовсе, либо недостаточно развита. Сегодня новости доходят до нас быстрее, чем когда-либо, и многие из них касаются нарушений прав человека. Я выбрала в качестве названия своего выступления «Осуществление прав человека», чтобы подчеркнуть эту проблему, с которой столкнулось мировое сообщество и за решение которой я теперь несу определенную ответственность, — как заставить работать механизмы защиты прав человека.

Это задача нелегка еще и потому, что выражение «права человека» несет в себе несколько различных значений, имеет неодинаковый резонанс в различных частях света и в разных странах, в зависимости от политических предпочтений, этнических ассоциаций, религиозных взглядов и, что еще важнее, от экономического положения.

Мой собственный подход к правам человека основывается на внутреннем чувстве справедливости. Возможно, это происходит из-за того, что я родом из Ирландии и мои корни восходят к прошлому этой страны, отмеченному борьбой за свободу, голодом, эмиграцией ирландцев в другие страны. Возможно, это объясняется моим опытом как юриста и политика и, в самом недавнем прошлом, президента, которому выпала судьба посетить такие страны, как Сомали и Руанда, и стать свидетелем глубоких страданий и лишений, испытываемых их народами.

Последние два месяца я больше слушала. В Женеве, а затем в Нью-Йорке я встретилась с постоянными представителями стран — членов пяти региональных групп и имела возможность провести двусторонние встречи с высокопоставленными представителями правительств ряда стран. Кроме того, я общалась с представителями неправительственных организаций и академического сообщества как частью расширенного гражданского общества, участвующего в решении вопросов прав человека. По мере того как я слушала своих собеседников, я понимала, что глубокие различия во взглядах на то, что мы подразумеваем под правами человека, на самом деле еще больше, чем мне представлялось ранее. Если мы хотим добиться, чтобы на международном уровне сформировалась общая приверженность целям дальнейшего развития и защиты прав человека, то эти различия необходимо сократить.

Я полагаю, что широкий мандат моего управления, созданного резолюцией Генеральной Ассамблеи от 20 декабря 1993 года, возлагает на меня, в частности, ответственность за сокращение этих различий. Средства, которые я имею в своем распоряжении, весьма скромны, а основным инструментом является отстаивание своих принципов и убеждений. Тем не менее я использую всю широту мандата в качестве стартовой точки, поскольку очевидно, что самые большие расхождения во взглядах возникают тогда, когда сердцевиной понятия «права человека» одни считают гражданские и политические права, а другие подчеркивают важность права на развитие. В мои функции как Верховного комиссара ООН входят утверждение и развитие правового подхода ко всему спектру «гражданских, культурных, экономических, политических и социальных прав», поддержка и защита осуществления права на развитие и, в частности, включение прав женщин в понятие прав человека, о чем нам напомнила Пекинская конференция. Очень полезно получить своевременную возможность для открытой и, я надеюсь, откровенной беседы обо всем этом. Такая возможность представилась.

В следующем году мы будем отмечать пятидесятую годовщину Всеобщей декларации прав человека. Эта декларация, я уверена, является документом, в котором выражены одни из самых величайших чаяний в истории человечества. Она воплощает в себе надежды и мечты людей, которые все еще носят на себе шрамы двух войн; людей, испытывающих новый страх перед холодной войной; а также надежды тех, кто только начинает ощущать на себе влияние великих освободительных веяний, начало которым было положено с распадом европейских империй.

Всеобщая декларация провозглашает основные свободы мысли, мнений и их выражения, религии, а также содержит в себе формулировку основного права на участие в управлении государством и на то, чтобы быть представленным в государственных структурах. Однако не менее твердо и с такой же четкостью она провозглашает экономические, социальные и культурные права и право на равные возможности. Принципы Всеобщей декларации должны были стать «задачей, к выполнению которой должны стремиться все народы и государства», а изложенные в ней права и свободы должны были явиться всеобщим достоянием без какого бы то ни было различия, как-то в отношении расы, цвета кожи, пола, языка, религии, политических или иных убеждений, национального или социального происхождения, имущественного, сословного или иного положения. Двадцать лет спустя после принятия Декларации ее основные положения были подтверждены в воззвании Тегеранской конференции 1968 года. В более детальном виде эти права и свободы были разработаны в двух пактах ООН: Международном пакте о гражданских и политических правах и Международном пакте об экономических, социальных и культурных правах, которые вступили в силу в 1976 году.

Всеобщая декларация — живой документ. Для того‚ чтобы сейчас, в последние годы текущего тысячелетия, отметить ее принятие, нам следует сделать особый упор на сложные актуальные вопросы прав человека: право на развитие, признание прав коренных народов, права и расширение возможностей людей с физическими недостатками, решение вопросов дискриминации по признаку пола и вопросов, связанных с выработкой эталонов и отчетностью при осуществлении этих и других прав. В настоящее время участниками Всеобщей декларации является гораздо больше стран, чем на момент ее принятия 10 декабря 1948 года; звучит и гораздо больше голосов, представляющих мнение расширившегося гражданского общества. Задача будет заключаться в том, чтобы сформировать единое мнение о том, что и на эти права также распространяются слова, которыми открывается преамбула Всеобщей декларации прав человека:

«Принимая во внимание, что признание достоинства, присущего всем членам человеческой семьи, и равных и неотъемлемых прав их является основой справедливости и всеобщего мира...» и что в наше время данные права являются отражением этого обновленного представления.

То, с каким багажом международное сообщество пришло к сегодняшнему дню в области осуществления прав человека, свидетельствует о настоятельной необходимости новых подходов. По мере того как мы готовимся отметить пятидесятую годовщину Всеобщей декларации, я говорила и говорю своим коллегам, что не рассматриваю это событие как повод для праздника. Проанализируйте результаты деятельности механизмов по защите прав человека на протяжении 50 лет, подсчитайте многомиллиардные суммы, истраченные на различные программы развития в течение 30 лет, и время, убитое на бесконечные разговоры на высшем уровне, — и вы поймете, что результаты на глобальном уровне далеко не высоки.

Все еще широко распространена дискриминация на основе пола, этнической принадлежности, исповедуемой религии или сексуальной ориентации, все еще существует геноцид — только в этом десятилетии мы сталкивались с ним дважды. Существуют 48 стран, где пятая часть населения живет в условиях, которые мы привыкли называть «абсолютной нищетой».

Это означает невыполнение стоящих перед нами задач, причем в таком масштабе, что позор ложится на всех нас. Сколько усилий, средств и надежд принесли столь скромные результаты! Мы не можем больше прикрываться разговорами о последствиях холодной войны и влиянии других факторов, в прошлом ограничивавших возможности для действий на международном уровне. Теперь пришло время действовать, учитывая уроки прошлого.

Одним из уроков, которые нам следует запомнить и отразить в своем подходе, является то, что суть прав заключается в том, что они способствуют расширению возможностей. Нищета сама по себе является нарушением многих основных прав человека. Более того, растущее осознание феминизации бедности ставит задачу исключительной важности: соединение международных усилий по защите прав человека с энергией и опытом тысяч международных и национальных женских организаций. Я постоянно помню о взаимосвязи между правами и расширением возможностей по мере того, как я формулирую свои собственные приоритеты. Один из этих приоритетов должен стать ответом на указания Генерального секретаря Кофи Аннана, содержащиеся в пакете реформ ООН, предложенных им в июле прошлого года. В частности, он просил меня как Верховного комиссара провести анализ технической помощи, предоставляемой учреждениями ООН в областях, имеющих отношение к правам человека, и сформулировать предложения по улучшению взаимодополняемости этой деятельности. Генеральный секретарь имел в виду разнообразные программы ООН, направленные, например, на поддержку демократических процессов, укрепление благого управления и законопорядка, поддержку реформы судебной и юридической систем и обучение персонала подразделений безопасности. Кроме того, многие программы ООН воздействуют на экономические, социальные и культурные права и права ребенка. В докладе отмечается, что «Управление Верховного комиссара должно иметь возможность предоставлять консультации по вопросу разработки проектов оказания технической помощи и участвовать в миссиях по оценке потребностей».

Мои коллеги приступили к проведению такого всеобъемлющего анализа. Он будет отвечать требованиям Венской декларации и Программы действий, которые «настоятельно призывают все органы, подразделения и специализированные учреждения Организации Объединенных Наций, деятельность которых связана с правами человека, сотрудничать в целях укрепления, рационализации и упорядочения своей деятельности с учетом необходимости избегать ненужного дублирования в работе».

Здесь я перехожу к еще одному международному событию, которое мы будем отмечать в следующем году: пятилетнему обзору хода выполнения решений Венской конференции по правам человека, которая состоялась в Вене летом 1993 года. Эта конференция завершилась принятием Программы действий, в которой были определены особо уязвимые категории людей и отмечена необходимость постоянного рассмотрения дальнейших действий, предпринимаемых с целью должной защиты прав этих групп. Женщины, национальные меньшинства, коренные народы, дети, инвалиды, беженцы, рабочие-мигранты и заключенные рассматривались в этом документе как особо уязвимые лица. Венская декларация и Программа действий были одобрены резолюцией Генеральной Ассамблеи, учредившей также пост, который я сейчас занимаю.

Одним из самых активных проповедников консенсуса на Венской конференции в том, что касается создания этого поста, был Хосе Айала Лассо, посол Эквадора, ныне занимающий пост министра иностранных дел этой страны. Именно он был впоследствии назначен первым Верховным комиссаром и должен был решать связанные с этой работой нелегкие задачи. Он действовал осторожно — укрепляя и углубляя консенсус относительно роли этого поста, положив начало реформе секретариата по правам человека в Женеве и расширяя сферу деятельности нового управления, включив в нее существенное присутствие сотрудников по правам человека на местах, например‚ в Руанде после геноцида, в Камбодже и других странах. Когда Генеральная Ассамблея провозгласила начало в 1995 году Десятилетия образования в области прав человека ООН, он стал инициатором принятия плана действий по его осуществлению, который я предполагаю развить и расширить. Мой предшественник также усматривал необходимость установления более эффективных связей с неправительственными организациями.

Какую же роль во всем этом играет гражданское общество?

В своем плане реформ, предложенном в июле прошлого года, Генеральный секретарь отмечал, что «одной из основных и все более важных сил в международной жизни является гражданское общество». Вместе с тем, продолжал он, «несмотря на все новые признаки, свидетельствующие о все большем динамизме глобального гражданского общества, Организация Объединенных Наций в настоящее время не обладает достаточными ресурсами для задействования гражданского общества и превращения его в подлинного партнера в ее работе». Он призвал к тому, чтобы «все подразделения Организации Объединенных Наций были открыты для организаций гражданского общества, которые действуют в их соответствующих секторах, и тесно с ними взаимодействовали.

Как человек, на которого должностные обязанности возлагают ответственность за то, чтобы «расширять международное сотрудничество в целях поощрения и защиты прав человека» и «координировать деятельность в области поощрения и защиты прав человека в рамках всей системы Организации Объединенных Наций», я чувствую себя обязанной вместе со своими коллегами играть ведущую роль в формировании партнерства с широким спектром правозащитных сообществ во всем мире, стимулировании их деятельности и повышении ее эффективности.

Достичь этой цели будет нелегко. Многие наблюдатели отметили, что текст мандата Верховного комиссара содержит хорошо продуманные формулировки и тщательно сбалансирован, что отражает озабоченность правительств ряда стран тем, что они создают должность, обладатель которой может против их желания привлечь внимание к случаям пренебрежительного отношения к правам их граждан. В своей статье в недавнем выпуске «Европейского журнала международного права» профессор Филип Олстон охарактеризовал результаты попыток определить роль Верховного комиссара по правам человека как «ни рыба ни мясо». Он отмечает, что по мере того, как спектр задач, возложенных на Верховного комиссара, все время расширяется, включая существенную роль при проведении операций на местах, все сильнее ощущается необходимость заняться привлечением добровольных целевых взносов в дополнение к явно недостаточным объемам средств из регулярного бюджета ООН.

Я согласна с таким широким подходом к анализу проблемы. И на практике также, признавая, что добровольные взносы правительств останутся важным источником финансирования программ и деятельности моего Управления, я направляю письменные обращения к правительствам всех государств — членов ООН с просьбой об оказании максимально широкой поддержки нашей деятельности. Я также хорошо осознаю, насколько серьезной является задача по установлению должного баланса между использованием дипломатии, ориентированной на достижение консенсуса, и выступлением с позиций морали от имени жертв в защиту прав человека. Меня ободряет тот факт, что предо мной стоит только одна цель: выполнение возложенных на меня задач, а также осознание того, что в международном сообществе правозащитников у меня есть много друзей, которые готовы и способны помочь мне справиться с этой задачей.

Я хотела бы кратко остановиться на координирующей роли, которая получила новый импульс в пакете реформ, предложенных Генеральным секретарем в июле прошлого года.

Позвольте мне начать с часто приводимой цитаты, которую приписывают Иану Мартину, бывшему Генеральному секретарю организации «Международная амнистия», который заявил, что Верховный комиссар по правам человека должен каждое утро просыпаться с мыслью о том, как лучше всего защитить права человека.

Я согласна с ним, но я сказала бы больше. Защита прав человека требует, чтобы каждый сотрудник ООН просыпался с этой мыслью и настойчиво работал для достижения этой цели.

Почти по своему определению, и уж наверняка в соответствии со своим Уставом, Организация Объединенных Наций была создана для поощрения прав человека. Многие сотрудники ООН где-то на своем профессиональном пути потеряли этот ориентир и позволили другим императивам возобладать в их работе.

Это одна из коренных причин критики в адрес ООН, причина того, что нас обвиняют в самодовольстве, бюрократизме, отстраненности от реальной жизни и уж непременно — в сопротивлении переменам.

Сегодня у нас появилась возможность вновь вернуться к забытым целям Организации Объединенных Наций. Я надеюсь внести вклад в эту работу, осуществляемую под руководством Генерального секретаря Кофи Аннана, оказывая помощь в разработке таких рабочих механизмов, которые привели бы к формированию организации, мотивируемой стандартами в области прав человека.

Я глубоко верю в то, что стандарты в области прав человека, выработанные более чем за 50 лет, имеют большое значение для нашего глобального сообщества. Права человека не только имеют всеобщий характер, являются неделимыми, взаимосвязанными и взаимозависимыми; они глубоко присущи человеческой природе и свойственны человеческому индивидууму. Осознание и осуществление стандартов в области прав человека являет собой основную ценность предложений Генерального секретаря о реформе, сформулированных им в июле прошлого года. Эти предложения изложены предельно ясным языком, я цитирую: «Неотъемлемой частью деятельности по обеспечению мира и безопасности, экономического процветания и социального равенства являются права человека». И далее: «Одной из главных задач Организации Объединенных Наций является укрепление ее программы в области прав человека и обеспечение ее полной интеграции с широким кругом мероприятий Организации».

Первый шаг уже сделан, в результате каждое подразделение системы ООН, за исключением моего управления, было приписано к одному из четырех исполнительных комитетов. Эти комитеты являются главным инструментом в обеспечении координации всей системы, сосредоточивая свою деятельность на вопросах мира и безопасности, гуманитарных вопросах, экономических и социальных вопросах и деятельности в целях развития. Генеральный секретарь попросил меня принять участие в работе каждого из этих четырех комитетов и должным образом оценить, не явля ется ли такое участие более эффективным методом совершенствования работы в области прав человека, чем создание пятого комитета.

В практической работе права человека стали, как это и было предназначено, одним из центральных элементов деятельности ООН — императивы из области прав человека могут и должны быть привнесены во все аспекты деятельности ООН.

Для этого потребуется интегрированный подход. Например, работа с нашими коллегами, занимающимися политическими вопросами и вопросами поддержания мира, в ходе которой вырабатывается понимание того, что нарушения прав человека сегодня приведут к возникновению конфликтов завтра. И так далее, по всей сети учреждений, работающих над проблемами экономического развития, народонаселения, здравоохранения, положения женщин и детей, образования, положения беженцев и вынужденных переселенцев. Я не исключаю и те учреждения, которые, на первый взгляд, выполняют чисто технические функции. Международный союз электросвязи играет важную роль в том, чтобы люди в наименее развитых странах смогли принять участие в информационной революции. Статья 19 Всеобщей декларации предвосхитила появление Интернета, сформулировав право каждого человека «получать и распространять информацию и идеи любыми средствами независимо от государственных границ».

В качестве Верховного комиссара я обязана выступать в роли катализатора, стимулируя и координируя деятельность в области прав человека во всей системе учреждений ООН и оказывая услуги в области образования и информации, а также консультативные услуги и техническую помощь в области прав человека. Эта задача, я уверена, требует большего, нежели просто структурные и организационные преобразования: она требует особого подхода, основанного на профессиональном обучении и воспитании повышенной чуткости в вопросах прав человека среди персонала Организации, представляющего собой самый ценный ее капитал. Сотрудники ООН должны изучить стандарты в области прав человека и хорошо представлять, каким образом эти стандарты применимы и в их профессиональных областях. Они должны понимать принципы и этику, лежащие в основе стандартов в области прав человека, и чувствовать сопричастность с их духом. Они должны быть привержены идее поощрения прав человека и уметь распространять информацию о правах человека и способствовать практическому воплощению стандартов в области прав человека в своей ежедневной работе.

Изменения уже происходят. Меня впечатлили новаторское мышление и новые подходы тех, кто выступает за необходимость разработки концепции «стратегических механизмов», которые определили бы особенности нашей работы в каждой конкретной стране. Это — продукт коллективных усилий, направленных на то, чтобы побудить разнородные элементы системы ООН к принятию общих целей и к координации своей деятельности во имя достижения этих целей. Идея прав человека может обогатить продолжающуюся дискуссию на эту тему, привнеся в нее унифицированный набор стандартов — общеприемлемых ориентиров, необходимых для формулирования целей и задач, оценки значимости возможного вмешательства и, на следующей стадии, для анализа последствий тех действий, о которых было достигнуто соглашение. Тот факт, что мое Управление невелико, а его ресурсы скромны, несомненно, поможет мне присоединиться к усилиям, предпринимаемым в рамках такого интегрированного подхода и внести в них свою лепту. Это как раз и является стимулом для координации.

Внутренний процесс, который на практике сводится к формированию культуры прав человека по всей системе учреждений ООН, станет нашим вкладом в рассмотрение действия Венской декларации и Программы действий по прошествии пяти лет после их принятия. Это рассмотрение предусматривает подведение правительствами итогов того, в какой степени они осуществили международные стандарты в области прав человека. В нем также будут задействованы региональные и национальные институты в области прав человека, а сам процесс рассмотрения будет предусматривать процедуру представления докладов Комиссии по правам человека на ее сессии в Женеве весной и сессии Генеральной Ассамблее осенью. Я упоминаю о факторе времени потому, что недавно я направила обращения министрам иностранных дел и руководителям региональных и национальных организаций, чтобы напомнить им о вкладе, который они должны будут внести в процесс рассмотрения действия Венской декларации.

Время было выбрано удачно. Рассмотрение хода выполнения решений Венской конференции спустя пять лет после ее проведения даст нам точки отсчета, по которым мы сможем оценить, какие механизмы работают, а какие могли бы работать лучше. Кларенс Диас и Джеймс Пол ввели в оборот выражение «развитие на основе беззакония» — краткий и емкий обвинительный акт международному вмешательству за последние 30 лет и прозрачный намек на то, что в ряде случаев решения могли бы быть найдены на основе применения норм международного права и ссылок на международные стандарты в области прав человека.

Я надеюсь, что в начале своего выступления мне удалось ясно дать понять, что я намерена отдавать экономическим и социальным правам такие же приоритеты, как и гражданским и политическим правам. Если мы стремимся к тому, чтобы осуществить какие-либо из них, мы должны рассматривать их как взаимозависимые и неразделимые. Я говорю об этом потому, что опасаюсь, что те, кто работает в учреждениях, занимающихся проблемами развития, могут еще не вполне осознавать свою роль в осуществлении прав человека.

Несколько недель тому назад мои коллеги по Управлению встретились с представителями одной австралийской неправительственной организации, которая, совместно с партнерами из Юго-Восточной Азии, заняты формулированием руководящих принципов для осуществления концепции, которую они характеризуют как «путь к развитию через осуществление прав». Их идеи чрезвычайно интересны.

Члены этой неправительственной организации ставят правильные вопросы. Например, каковы истинные цели кредита, выдаваемого Всемирным банком под проект развития инфраструктуры или интервенции Международного валютного фонда для стабилизации национальной валюты? Слишком долго цели, а также успехи и неудачи такого вмешательства измерялись узко — на основе макроэкономических критериев. Я же сегодня предлагаю — как недавно предложила Всемирному банку в Вашингтоне — сделать истинной целью их деятельности осуществление ряда прав человека. Во многом обе организации уже адаптируют свою деятельность с учетом этой общей цели, используя такие термины, как «развитие человеческого потенциала», «благосостояние человека», «безопасность человека», «основные потребности» и «благое управление». Я же предпочитаю формулировки Всеобщей декларации и двух пактов. Их язык, в отличие от вышеприведенных терминов-суррогатов, обладает силой договорно-пра вовых документов и прямо предусматривает наделение людей правами и возможностями. Язык Всеобщей декларации и Пактов о правах человека сообщает простым людям о том, что у них есть права: право на безопасность, на человеческое достоинство, экономические возможности и на лучшую жизнь для их детей — и это не расплывчатые и неопределенные намеки с обещанием каких-то одолжений или подачек со стороны правительства или международного учреждения.

Я хотела бы подчеркнуть, что не предлагаю ничего нового и что повестка дня, о которой я говорю, не проникнута какой-либо идеологией. Я просто выступаю за то, чтобы четким, последовательным и скоординированным образом осуществить общепризнанные юридические обязательства.

Розалин Хиггинс, одна из наиболее выдающихся специалистов по международному праву в вашей стране и нынешний член Международного Суда в Гааге, охарактеризовала международное право как «нормативную систему, созданную для достижения общих целей — таких, которые имеют значение для всех нас, независимо от того, богатые мы или бедные, черные или белые, исповедуем какую-либо религию или нет, живем в развитых или развивающихся странах».

Нормативная работа в основном завершена. Международные стандарты в области прав человека разработаны. Нашей общей задачей, с учетом важности событий следующего года и новых творческих импульсов, которые они в себе заключают, является осуществление этих стандартов. И осуществить их таким образом, который имел бы в основе сами права человека.

Позвольте мне в заключение вернуться к книге «Золотой сук»: 

Каждое утро, просыпаясь с мыслью о том, как лучше защитить права человека, я должна также скромно уповать и на судьбу.

Переведено в информационном центре ООН в Москве.
Информационные материалы ООН в Российской Федерации можно получить в Информационном центре ООН в Москве по адресу: Глазовский пер., 4/16, тел.: 2412801, факс: 2302138