Выступление Генерального директора Международного агентства
по атомной энергии г-на Мухаммеда эль-Барадея
на пленарном заседании Совета Безопасности

27 января 2003 года

Г-н Эль-Барадей (говорит по-английски): Последние 60 дней инспекторы Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ) участвовали в процессе проверки наличия или отсутствия в Ираке программы создания ядерного оружия. Сегодня во исполнение пункта 5 резолюции 1441 (2002) я представил Председателю Совета Безопасности обновленный доклад о нашей работе с тех пор, как мы возобновили нашу деятельность в Ираке по проверке ядерной программы, — в плане избранного нами подхода, используемых нами инструментов, достигнутых нами конкретных результатов, степени сотрудничества с нами и, наконец, нашего мнения насчет того, как нам следует делать дальше. Экземпляры этого доклада имеются в этом зале. Позвольте мне в этом выступлении охарактеризовать ключевые аспекты этого доклада.

Чтобы понять подход, применяемый в ходе инспекций МАГАТЭ в последние два месяца, важно прежде всего вспомнить о том, чего удалось достичь во время инспекций с 1991 года по 1998 год во исполнение нашего санкционированного Советом Безопасности мандата по ликвидации иракской программы создания ядерного оружия. В сентябре 1991 года в Ираке в руки МАГАТЭ попали документы, которые свидетельствовали о масштабах его программы по созданию ядерного оружия. К концу 1992 года мы в основном уничтожили, демонтировали или обезвредили все иракские объекты и оборудование, связанные с производством ядерного оружия. Мы конфисковали иракский материал, пригодный для создания ядерного оружия — высокообогащенный уран и плутоний, и к началу 1994 года вывезли его из страны. К декабрю 1998 года, когда инспекции были прекращены из-за приближающегося военного удара, мы были убеждены в том, что мы не упустили никаких важных компонентов иракской ядерной программы.

Хотя мы не утверждали это с абсолютной уверенностью, наш вывод тогда состоял в том, что мы нейтрализовали иракскую программу ядерных вооружений и что нет никаких признаков, свидетельствующих о том, что Ирак сохранил физическую способность к производству пригодного для создания оружия ядерного материала.

В течение прошедших четырех лет нашего отсутствия в Ираке мы продолжали по мере возможности нашу аналитическую работу, используя снимки, полученные с помощью спутников, и другую информацию. Но никакой дистанционный анализ не может заменить собой инспекции на местах, и поэтому мы не могли прийти к какому-либо заключению относительно соблюдения Ираком своих обязательств перед Советом Безопасности в ядерной области после декабря 1998 года.

Когда на этом фоне Ирак в сентябре прошлого года согласился вновь открыть свои двери для инспекций и когда затем Советом Безопасности была принята резолюция 1441 (2002), укрепившая авторитет МАГАТЭ и инспекционный процесс, первой целью нашей инспекционной деятельности стала разведка. На этом этапе мы стремились оперативно восстановить нашу базу данных о ядерном потенциале Ирака, убедиться в том, что ключевые объекты не были открыты вновь, установить местонахождение ядерного материала и соответствующего неядерного материала и идентифицировать ключевых иракских сотрудников и начать проводить с ними собеседования.

За эти первые два месяца инспекций мы добились значительного прогресса в плане нашей осведомленности об иракском ядерном потенциале, причем к настоящему времени в рамках в общей сложности 139 инспекций было проверено 106 объектов. В основном эти инспекции осуществлялись на государственных или частных промышленных объектах, в исследовательских центрах и университетах — либо в тех местах, где, как нам было известно, Ирак располагал ранее существенными техническими возможностями, либо в новых точках, выявленных с помощью дистанционного наблюдения и анализа. Вся инспекционная деятельность проводилась без предварительного уведомления Ирака, за исключением тех случаев, когда уведомление было необходимо для обеспечения требуемой поддержки. Инспекторы МАГАТЭ использовали — и будут и далее использовать — все преимущества мандата о проведении инспекций, которые предоставлены резолюцией 1441 (2002). При этом инспекторы получили указание делать все возможное для того, чтобы осуществлять свою деятельность с надлежащими профессионализмом и деликатностью.

Хотя мы в некоторой степени продолжаем эту работу по сбору информации, наши инспекции теперь уже давно находятся на стадии расследования, с особым упором на выяснение того, что произошло — и действительно ли произошло — в Ираке за последние четыре года, что имеет отношение к восстановлению ядерного потенциала Ирака. Эти инспекции-расследования сосредоточены на вызывающих обеспокоенность областях, обозначенных другими государствами; объектах, которые, согласно полученным с помощью спутников снимкам, были модифицированы или построены после 1998 года; и других инспекционных целях, независимо выявленных МАГАТЭ.

Параллельно с этой инспекционной деятельностью МАГАТЭ осуществляет исчерпывающий анализ вспомогательной информации, полученной из различных источников.

В этой связи мы объединили представленную Ираком новую информацию, в том числе его заявление от 7 декабря в ответ на резолюцию 1441 (2002), данные, которые мы получили за период 1991-1998 годов и дополнительную информацию, собранную после 1998 года посредством дистанционного наблюдения. Заявление Ирака соответствовало нашему нынешнему представлению о ядерной программе, которую Ирак осуществлял до 1991 года, однако в нем не содержалось никакой новой информации в отношении ряда остающихся открытыми с 1998 года вопросов, в частности относительно прогресса, достигнутого Ираком до 1991 года в области разработки новых видов оружия и центрифуг. Хотя эти вопросы и не относятся к числу нерешенных вопросов в сфере разоружения, они, тем не менее, требуют дополнительного разъяснения.

Помимо проведения инспекций на местах и анализа за пределами объекта инспекторы МАГАТЭ в целях осуществления своей задачи использовали также целый ряд других инструментов. Используя сигнатуру радиоактивных материалов, мы возобновили наблюдение за реками, каналами и озерами на территории Ирака в целях установления присутствия конкретных радиоизотопов. С объектов на территории Ирака были взяты и отправлены для анализа в лаборатории МАГАТЭ различного рода экологические пробы и пробы почвы, и в целях обнаружения необъявленного ядерного материала мы возобновили повседневную гамма-съемку с помощью датчиков, установленных на автомобилях, и ручных датчиков.

Кроме того, инспекторы провели большое число собеседований с иракскими учеными, управляющими объектами и техническими сотрудниками — в основном на рабочих местах в ходе проводимых без предварительного объявления инспекций — явившихся ценным источником информации о прошлых и нынешних программах и мероприятиях. Полученная информация помогла нам оценить степень полноты и точности заявлений Ирака.

В резолюции 1441 (2002) содержится четкое положение, согласно которому МАГАТЭ и Комиссия Организации Объединенных Наций по наблюдению, контролю и инспекциям должны определять формат и место проведения собеседований с иракскими официальными и иными лицами. Первые два лица, с которыми инспекторы МАГАТЭ намеревались встретиться в частном порядке, отказались от собеседования без присутствия представителя правительства Ирака. Это явилось ограничивающим обстоятельством. Несмотря на то, что иракское правительство совсем недавно взяло на себя обязательство поощрять проведение в ответ на запрос инспекторов частных собеседований с иракскими официальными и иными лицами, к сожалению, третья просьба о проведении частного собеседования, направленная нами два дня тому назад, была вновь отклонена лицом, с которым должно было состояться данное собеседование.

МАГАТЭ будет и впредь определять формат и места проведения собеседований, не исключая возможность проведения собеседований с иракским персоналом за границей. Мы будем продолжать отчитываться перед Советом Безопасности о наших усилиях по проведению собеседований в формате и местах по нашему усмотрению, а также о наших успехах в этой связи.

Позвольте мне кратко изложить выводы, которые были сделаны в ходе нашей инспекционной деятельности.

Во-первых, мы проинспектировали все здания и объекты, выявленные с помощью спутниковой фотосъемки, которые были модифицированы или построены за последние четыре года. Инспекторы МАГАТЭ смогли получить незамедлительный доступ к этим объектам и выяснить характер деятельности, которая в настоящее время там осуществляется. В ходе этих инспекций запрещенной ядерной деятельности обнаружено не было.

Особое внимание инспекторы уделили попыткам Ирака осуществить закупку труб из высокопрочного алюминия и выяснению того, могли ли эти трубы в случае приобретения использоваться для производства ядерных центрифуг. Иракские власти заявили, что их неудачные попытки закупить алюминиевые трубы были связаны с программой переоборудования обычных ракет. В целях проверки этой информации инспекторы МАГАТЭ провели инспекции соответствующих объектов по производству и хранению ракет, взяли образцы труб, провели собеседования с соответствующим иракским персоналом и ознакомились с контрактами на закупки и связанной с ними документацией. Согласно результатам нашего исследования алюминиевые трубы, судя по всему, соответствуют заявленной цели Ирака и без соответствующего модифицирования не могут использоваться для производства центрифуг. Тем не менее, мы продолжаем расследовать данный вопрос. Очевидно, что попытка приобрести такого рода трубы была совершена в нарушение резолюции 678 (1991) Совета Безопасности.

Другая важная задача состояла в том, чтобы выяснить, как перемещались или использовались другие материалы двойного назначения — материалы, которые могут использоваться для производства ядерного оружия, а также в других законных целях. Наглядным примером этому может служить заявление Ирака в отношении взрывчатого вещества типа HMX (октоген), согласно которому часть октогена, находящегося под печатью МАГАТЭ с конца 1998 года, была отправлена на цементные заводы в качестве промышленного взрывчатого вещества для использования в горнодобывающей отрасли. Вопросы, касающиеся местонахождения и конечного использования извлеченных материалов, требуют дополнительного расследования, хотя проверить местонахождение октогена, который согласно заявлению уже был использован, будет нелегко.

Четвертая важная задача состояла в расследовании сообщений об усилиях по импорту урана, которые Ирак предпринимал после 1991 года. Иракские власти отрицают такие попытки. МАГАТЭ будет продолжать заниматься этим вопросом. Однако на данном этапе мы не располагаем достаточной информацией, и мы были бы признательны, если бы нам были предоставлены более подробные данные.

Мы добились прогресса в решении и других вопросов, в частности вопросов, касающихся, попыток импортировать установку для производства магнита.

Я считаю, что помимо новых полномочий, которые были на нас возложены в соответствии с резолюцией 1441 (2002), единодушная решимость Совета поддержать процесс инспекций является и должна оставаться жизненно важным компонентом, если мы хотим добиться мирного урегулирования ситуации в Ираке. Я надеюсь, что Совет будет и впредь оказывать свою единодушную и безоговорочную поддержку процессу инспекций в Ираке.

В ходе инспекций в ближайшие несколько месяцев по мере продолжения посещений объектов и проведения собеседований с основным иракским персоналом все более пристальное внимание будет уделяться нахождению ответов на конкретные вопросы. Мы приступили к проведению вертолетных операций, которые повышают мобильность инспекторов и их способность быстро реагировать на новую информацию, а также позволяют проводить широкомасштабную съемку в целях обнаружения источников радиации. Лабораторные анализы экологических проб продолжаются, и мы намерены вновь приступить к использованию пробоотборников для взятия воздушных проб в целях осуществления широкого экологического наблюдения. Мы также намереваемся вновь установить на основных объектах систему наблюдения с использованием видеокамер для осуществления в реальном режиме времени дистанционного ядерного наблюдения за оборудованием двойного назначения.

По своему характеру любой инспекционный процесс, будь то в Ираке или и в других местах, базируется не на доверии, а на кропотливой работе по установлению фактов посредством получения доступа ко всей имеющейся информации. Там, где возможно, это может предусматривать доступ к информации, находящейся в распоряжении государств и имеющей отношение к цели инспектирования. В последние несколько недель мы начали получать более существенную информацию от государств — информацию, имеющую непосредственное и актуальное значение для последующей работы в рамках инспекций. Я намерен продолжать призывать государства, которые имеют доступ к подобного рода информации, предоставлять ее инспектирующим организациям в целях ускорения процесса инспектирования и получения дополнительных гарантий.

Наконец, мы вновь настоятельно призвали Ирак повысить уровень сотрудничества в процессе инспектирования. Иракские власти в целях поддержки инспекций МАГАТЭ обеспечили безоговорочный и незамедлительный доступ ко всем посещенным объектам, включая президентский дворец и частные резиденции. Иракские власти также сотрудничали в предоставлении новых подлинных документом в ответ на запросы инспекторов МАГАТЭ.

На прошлой неделе в Багдаде в ходе переговоров с иракскими официальными лицами мы подчеркнули необходимость перехода от пассивной поддержки, т. е. реагирования на запросы инспекторов по мере необходимости, к активной помощи, а именно, добровольному оказанию помощи инспекторам посредством обеспечения доступа к документации, людям и другого рода источникам в целях содействия восполнению пробелов в имеющейся у нас информации.

Примером того, каким образом Ирак мог бы проявить свою инициативу, может послужить проведенная две недели тому назад инспекция одной частной резиденции, в результате которой было извлечено большое число документов, при этом часть из них носила секретный характер и частично относилась к усилиям, предпринимавшимся Ираком до 1991 года в целях использования лазерной технологии для обогащения урана. Хотя в этих документах не содержится, насколько можно судить, какая-либо информация о новых или текущих видах деятельности, связанных с осуществлением Ираком программы создания ядерного оружия, они могут помочь нам составить более полное представление о ряде аспектов ядерной программы, осуществлявшейся Ираком до 1991 года. Поэтому существует настоятельная и острая необходимость в том, чтобы Ирак по своей собственной инициативе выявил и предоставил нам любые дополнительные доказательства, которые помогли бы инспекторам выполнить свой мандат.

Такое активное сотрудничество со стороны Ирака, как мы уже не раз заявляли ему, отвечало бы его собственным интересам и открыло бы перед ним возможности, которых у него скоро может не остаться. Ирак должен предпринять все возможные усилия для обеспечения полной транспарентности, демонстрируя четкую готовность решать проблемы, не дожидаясь, пока на него начнут оказывать давление. Международное сообщество не смирится с тем, что вопросы, касающиеся иракского оружия массового уничтожения, остаются неурегулированными. Мир хочет иметь твердые гарантии того, что в Ираке нет никаких видов такого оружия, и он с нетерпением ожидает от нас представления соответствующих доказательств. Чем скорее такие доказательства будут представлены инспектирующими организациями, тем скорее будут претворены в реальность перспективы мирного урегулирования этой проблемы.

Инспекции требуют много времени. Должен напомнить, что даже в случае Южной Африки при наличии полного и активного сотрудничества с ее стороны МАГАТЭ потребовалось около двух лет, чтобы завершить свою работу в этой стране. Однако в случае успешного проведения инспекций появляется возможность обеспечить разоружение мирными средствами. Опираясь на наш предыдущий опыт в Ираке, следует напомнить, что ликвидация его программы ядерного оружия была осуществлена в основном благодаря инспекциям интрузивного характера. Необходимо напомнить и о том, что присутствие сегодня в Ираке международных инспекторов по-прежнему служит эффективным сдерживающим фактором и гарантией невозобновления программ разработки оружия массового уничтожения, даже сейчас, когда мы продолжаем поиски следов возможной деятельности в прошлом.

И последнее. На сегодняшний день нами не обнаружено никаких свидетельств того, что Ирак возобновил свою программу создания ядерного оружия после ликвидации такой программы в 90-е годы. Однако наша работа неуклонно продвигается вперед, и необходимо дать возможность довести ее до логического завершения. С учетом налаженной нами системы контроля — в отсутствие каких-либо необычных обстоятельств и при условии постоянного и активного сотрудничества со стороны Ирака — мы сможем в течение следующих нескольких месяцев представить достоверные свидетельства того, что Ирак не располагает программой ядерного оружия. По моему мнению, эти несколько месяцев явились бы ценным вкладом в дело укрепления мира, ибо помогли бы нам избежать войны. Мы рассчитываем на дальнейшую поддержку Совета во всех наших усилиях, направленных на то, чтобы удостоверить факт ядерного разоружения Ирака мирными средствами и показать, что инспекционный процесс может быть и является важнейшим элементом международного режима контроля в области ядерного оружия.