III. Избавление от страха

74. Если в области развития мы страдаем от плохой реализации принятых решений, то в области безопасности, несмотря на то, что у многих из нас есть обостренное чувство угрозы, мы не добились совпадения взглядов даже по основным вопросам, а когда дело доходит до практических шагов, они слишком часто становятся яблоком раздора.

75. Если мы не придем к общему пониманию этих угроз и наших обязанностей по их ликвидации, Организация Объединенных Наций будет запаздывать с обеспечением безопасности для всех своих членов и для всех народов мира. Тогда наши возможности по оказанию помощи тем, кто ищет избавления от страха, будут в лучшем случае ограниченными.

A. Видение коллективной безопасности

76. В ноябре 2003 года, будучи встревоженным тем, что среди государств-членов нет согласия относительно надлежащей роли Организации Объединенных Наций в обеспечении коллективной безопасности и даже относительно характера самых серьезных угроз, нависших над нами, я сформировал Группу высокого уровня по угрозам, вызовам и переменам. В декабре 2004 года эта Группа представила свой доклад, озаглавленный «Более безопасный мир: наша общая ответственность» (A/59/565).

77. Я полностью разделяю общее мировоззрение, отраженное в этом докладе, и содержащееся там обоснование более всеобъемлющей концепции коллективной безопасности — такой концепции, которая охватывает как новые угрозы, так и старые, а также затрагивает интересы безопасности всех государств. Я считаю, что эта концепция может объединить различные взгляды на вопросы безопасности и дать нам такое понимание, которое необходимо для решения сегодняшних проблем.

78. Угрозы для мира и безопасности в XXI веке включают не только международные войны и конфликты, но и насилие против гражданского населения, организованную преступность, терроризм и оружие массового уничтожения. В их число входят также нищета, смертоносные инфекционные заболевания и деградация окружающей среды, поскольку эти явления могут иметь не менее катастрофические последствия. Все эти угрозы могут вести к гибели людей или уменьшению их шансов на выживание на значительных пространствах. Все они могут подорвать государство как основную единицу международной системы.

79. В зависимости от нашего богатства, географического положения и влияния мы делаем разные выводы о том, какие угрозы самые серьезные. Но правда заключается в том, что мы не можем позволить себе делать выбор. Сегодня коллективная безопасность зависит от признания того, что угрозы, которые каждый регион мира считает самыми серьезными, действительно являются таковыми для всех.

80. В нашем глобализованном мире угрозы, с которыми мы сталкиваемся, взаимосвязаны. Богатые могут пострадать от угроз, нависших над бедными, сильные зависят от слабых и наоборот. Ядерная атака террористов на Соединенные Штаты Америки или Европу имела бы катастрофические последствия для всего мира. Но такие же последствия имела бы и новая пандемия инфекционного заболевания в бедной стране, не имеющей эффективной системы здравоохранения.

81. Именно исходя из этой взаимосвязанности угроз, мы должны сформировать новый консенсус по вопросам безопасности, первый принцип которого должен заключаться в том, что все имеют право на избавление от страха, а то, что угрожает одному, угрожает всем. Как только мы поймем это, у нас не будет иного выбора, кроме как браться за устранение всего комплекса угроз. Мы должны реагировать на ВИЧ/СПИД так же энергично, как на терроризм, а на нищету — так же энергично, как на распространение оружия массового уничтожения. Мы должны с таким же упорством бороться с угрозой, создаваемой стрелковым оружием и легкими вооружениями, с каким мы боремся против угрозы, создаваемой оружием массового уничтожения. Более того, мы должны принимать превентивные меры по устранению всех этих угроз, используя достаточно заблаговременно все имеющиеся в нашем распоряжении средства.

82. Мы должны обеспечить соблюдение государствами подписанных ими договоров по вопросам безопасности, чтобы они продолжали служить на благо всем. Более последовательное наблюдение, более эффективное осуществление и, когда это нужно, более жесткое принуждение абсолютно необходимы для того, чтобы государства испытывали доверие к многосторонним механизмам и использовали их для предотвращения конфликтов.

83. Это не теоретические вопросы, а вопросы, не терпящие отлагательства, поскольку речь идет о жизни людей. Если мы не достигнем консенсуса по ним в этом году и если мы не начнем действовать в соответствии с таким консенсусом, у нас, возможно, не будет другого шанса. Именно в этом году мы должны превратить Организацию Объединенных Наций в такой эффективный инструмент предотвращения конфликтов, каким она всегда должна была быть, путем принятия мер в целях решения нескольких ключевых политических и организационных первоочередных задач.

84. Мы должны действовать для обеспечения того, чтобы катастрофический терроризм никогда не стал реальностью. Для этого потребуется новая глобальная стратегия, которая начинается с того, что государства-члены должны согласовать определение терроризма и включить это определение во всеобъемлющую конвенцию. Нужно также, чтобы все государства подписали, ратифицировали, осуществляли и соблюдали всеобъемлющие конвенции против организованной преступности и коррупции. И для этого потребуется также, чтобы государства обязались принять срочные меры в целях недопущения того, чтобы ядерное, химическое или биологическое оружие попало в руки террористов.

85. Мы должны укрепить наши многосторонние рамочные структуры по борьбе с угрозами, создаваемыми ядерным, биологическим и химическим оружием. Угроза, создаваемая этими видами оружия, не сводится лишь к возможности применения такого оружия террористами. Существование многосторонних механизмов, содействующих разоружению и предотвращению распространения оружия массового уничтожения среди государств, сыграло центральную роль в поддержании международного мира и безопасности с первых дней появления этих механизмов. Однако сейчас есть угроза их эрозии. Мы должны укрепить их, чтобы обеспечить дальнейший прогресс в области разоружения и взяться за ликвидацию растущей угрозы лавинообразного распространения, особенно в ядерной области.

86. Мы должны принимать дальнейшие меры по уменьшению числа и угрозы войн. Для этого необходимо направить основные усилия на обеспечение развития, о чем говорится в разделе II выше, и в то же время укрепить механизмы оказания военной и гражданской помощи, которая необходима для предотвращения и завершения войн, а также для строительства прочного мира. Инвестиции в предотвращение войн, установление, поддержание и укрепление мира могут спасти жизнь миллионам людей. Если бы в начале 90-х годов удалось успешно претворить в жизнь только два мирных соглашения — Бисесские соглашения в Анголе и Арушские соглашения в Руанде, — мы предотвратили бы гибель почти трех миллионов человек.

B. Предотвращение катастрофического терроризма

Транснациональный терроризм

87. Терроризм — это угроза для всего, за что выступает Организация Объединенных Наций: уважение прав человека, верховенство права, защита гражданского населения, терпимость в отношениях между народами и между государствами и мирное урегулирование конфликтов. За последние пять лет эта угроза возросла. Транснациональные сети террористических групп пустили свои щупальца по всему миру и объединяются для того, чтобы создавать всемирную угрозу. Такие группы заявляют о своем желании приобрести ядерное, биологическое и химическое оружие и вызвать массовую гибель людей. Даже одно такое нападение, учитывая цепную реакцию, которую оно может спровоцировать, способно изменить наш мир навсегда.

88. Наша стратегия борьбы с терроризмом должна быть всеобъемлющей и должна базироваться на пяти основных принципах: она должна быть нацелена на то, чтобы убедить людей отказаться от терроризма или от его поддержки; она должна лишить террористов доступа к денежным и материальным средствам; она должна предотвратить поддержку терроризма государствами; она должна укреплять возможности государств по искоренению терроризма; она должна защищать права человека. Я настоятельно призываю государства-члены и организации гражданского общества по всему миру присоединиться к осуществлению этой стратегии.

89. Необходимо срочно принять несколько мер, которые описываются ниже.

90. Мы должны убедить всех, у кого, возможно, есть соблазн поддерживать терроризм, в том, что это неприемлемый и неэффективный способ достижения их целей. Однако моральному авторитету Организации Объединенных Наций и ее возможностям осуждать терроризм наносит ущерб тот факт, что государства-члены не смогли достичь договоренности относительно всеобъемлющей конвенции, включающей определение терроризма.

91. Настало время прекратить дебаты о так называемом «государственном терроризме». Применение силы государствами уже основательно регулируется международным правом, а право сопротивляться оккупации должно пониматься правильно. Оно не может включать право умышленно убивать или калечить мирных жителей. Я полностью поддерживаю призыв Группы высокого уровня к тому, чтобы было принято такое определение терроризма, которое ясно давало бы понять, что терроризм — это не только действия, уже запрещенные существующими конвенциями, но и любое действие, которое направлено на то, чтобы сеять смерть или тяжелые увечья среди мирных жителей или некомбатантов с целью запугать людей или заставить правительство или международную организацию делать или не делать что-то. Я считаю, что у этого предложения есть несомненная моральная сила, и я настоятельно призываю лидеров всего мира объединиться вокруг него и заключить всеобъемлющую конвенцию о терроризме до окончания шестидесятой сессии Генеральной Ассамблеи.

92. Жизненно важно, чтобы мы лишили террористов доступа к ядерным материалам. Это означает уменьшение числа пунктов хранения, обеспечение надежной охраны и, когда это возможно, ликвидацию опасных материалов, а также обеспечение эффективного экспортного контроля. Хотя Группа восьми крупнейших промышленно развитых стран («Большая восьмерка») и Совет Безопасности уже сделали важные шаги в этом направлении, мы должны обеспечить полное осуществление на практике этих мер и добиться того, чтобы они подкрепляли друг друга. Я настоятельно призываю государства-члены незамедлительно завершить работу над международной конвенцией о борьбе с актами ядерного терроризма.

93. Угроза биологического терроризма отличается от угрозы ядерного терроризма. Скоро во всем мире будут тысячи лабораторий, способных производить сконструированные вирусы с чудовищным смертоносным потенциалом. Наша самая лучшая защита от этой опасности заключается в укреплении системы здравоохранения, и рекомендации по этому вопросу, содержащиеся в разделе II выше, имеют два достоинства: они помогут бороться с инфекционными заболеваниями, возникающими естественным путем, и в то же время повысят нашу безопасность в случае появления искусственно вызванных заболеваний. Направляя наши усилия на укрепление местных систем здравоохранения, — а для решения этой задачи потребуется работа целого поколения, — мы должны также обеспечить адекватность наших нынешних глобальных мер реагирования. Глобальная сеть предупреждения о вспышках заболеваний и реагирования на них, созданная Всемирной организацией здравоохранения, добилась впечатляющих успехов в деле отслеживания вспышек смертельных инфекционных заболеваний — как естественных, так и подозрительных — и реагирования на них. Однако ее ресурсов едва хватает на это. Я настоятельно призываю государства-члены предоставить ей такие ресурсы, которые необходимы для того, чтобы она могла справляться с этой работой хорошо в интересах всех нас.

94. Террористы ни перед кем не отчитываются. Зато мы никогда не должны забывать о том, что мы подотчетны гражданам всего мира. В ходе нашей борьбы с терроризмом мы должны никогда не ущемлять права человека. Если мы ущемляем эти права, мы содействуем достижению одной из целей террористов. Уступая им пальму морального превосходства, мы провоцируем напряженность, ненависть и недоверие к правительству как раз среди тех слоев населения, которые дают террористам новобранцев. Я настоятельно призываю государства-члены учредить должность специального докладчика, который будет докладывать Комиссии по правам человека о том, насколько меры по борьбе с терроризмом совместимы с международными нормами в области прав человека.

Организованная преступность

95. Угроза терроризма тесно связана с угрозой организованной преступности, которая растет и затрагивает безопасность всех государств. Организованная преступность ослабляет государство, препятствует экономическому росту, подпитывает многие гражданские войны, регулярно подрывает миротворческие усилия Организации Объединенных Наций и создает механизмы финансирования террористических групп. Организованные преступные группы активно занимаются также контрабандным провозом мигрантов и незаконным оборотом стрелкового оружия.

96. В последние годы Организация Объединенных Наций добилась значительного прогресса в создании системы международных стандартов и норм борьбы с организованной преступностью и коррупцией благодаря принятию и вступлению в силу нескольких крупных конвенций и протоколов. Однако многие государства — участники этих конвенций не выполняют их должным образом, иногда просто потому, что у них нет для этого возможностей. Все государства должны ратифицировать и выполнять эти конвенции, в то же время помогая друг другу укреплять свои национальные системы уголовного правосудия и охраны правопорядка. Все государства-члены должны предоставить адекватные ресурсы Управлению Организации Объединенных Наций по контролю над наркотиками и предупреждению преступности, чтобы оно могло играть свою ведущую роль в надзоре за осуществлением этих конвенций.

C. Ядерное, биологическое и химическое оружие

97. Многосторонним усилиям по обузданию угроз, создаваемых ядерной технологией, и по одновременному использованию ее потенциала почти столько же лет, сколько самой Организации Объединенных Наций. Договор о нераспространении ядерного оружия¹², которому в этом месяце исполняется 35 лет, оказался совершенно незаменимым: он не только уменьшил ядерную угрозу, но и продемонстрировал значение международных соглашений для обеспечения международного мира и безопасности. Однако к сегодняшнему дню уже состоялся выход одного государства из Договора, и в настоящее время существует кризисное положение в смысле доверия к Договору и его соблюдения, поскольку меры по контролю и обеспечению соблюдения Договора становятся все более обременительными. Конференция по разоружению, со своей стороны, также переживает кризис, поскольку сейчас ставится вопрос, нужна ли она, что частично объясняется дисфункциональностью процедур принятия решений и параличом, обусловленным этими процедурами.

98. Огромное значение имеет прогресс как в области разоружения, так и в области нераспространения, и ни одна из этих областей не должна быть заложницей другой. Меры по разоружению, недавно принятые государствами, обладающими ядерным оружием, должны получить признание. Двусторонние соглашения, включая Договор 2002 года о сокращении стратегических наступательных потенциалов, подписанный Соединенными Штатами Америки и Российской Федерацией, привели к демонтажу тысяч ядерных боеприпасов, и при этом брались обязательства по дальнейшим глубоким сокращениям арсеналов. Однако уникальный статус государств, обладающих ядерным оружием, влечет за собой также уникальную ответственность, и они должны сделать еще больше, в том числе должны, хотя и не ограничиваясь этим, добиться дальнейших сокращений своих арсеналов нестратегических ядерных вооружений и заключения соглашений о контроле над вооружениями, которые влекут за собой не только демонтаж, но и необратимость. Они должны также подтвердить свою приверженность «негативным гарантиям» безопасности. Огромное значение имеет быстрое согласование договора о запрещении производства расщепляющихся материалов. Необходимо также сохранять мораторий на проведение испытательных ядерных взрывов до тех пор, пока мы не добьемся вступления в силу Договора о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний. Я настоятельно призываю государства — участники Договора о нераспространении ядерного оружия одобрить эти меры на Конференции 2005 года по рассмотрению действия Договора.

99. Распространение ядерных технологий повысило давно существующую напряженность в рамках ядерного режима, что объясняется одним простым фактом: технология, необходимая для получения ядерного топлива в мирных целях, может использоваться также для разработки ядерного оружия. Меры по ослаблению этой напряженности должны быть направлены на устранение угрозы ядерного распространения, но они должны приниматься с учетом важных экологических, энергетических, экономических и научных соображений, связанных с применением ядерной технологии. Во-первых, необходимо усилить контрольные полномочия Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ) путем всеобщего принятия Типового дополнительного протокола. Во-вторых, хотя возможности государств, не обладающих ядерным оружием, по применению ядерной технологии с пользой для себя не должны ограничиваться, мы должны сосредоточить наше внимание на создании стимулов для государств, с тем чтобы они добровольно отказались от создания национальных мощностей по обогащению урана и разделению плутония, в то же время дав им гарантии поставок топлива, необходимого для разработки способов его применения в мирных целях. Один из возможных вариантов действий заключается в установлении такого порядка, при котором МАГАТЭ выступало бы в качестве гаранта поставок делящегося материала для гражданских ядерных объектов по рыночным ценам.

100. Хотя Договор о нераспространении ядерного оружия остается фундаментом режима нераспространения, мы должны приветствовать усилия, которые с недавнего времени предпринимаются в целях его дополнения. К этим усилиям относится принятие резолюции 1540 (2004) Совета Безопасности, которая направлена на недопущение того, чтобы негосударственные субъекты получили доступ к ядерному, химическому и биологическому оружию, к связанным с ним технологиям и материалам и средствам его доставки, а также выдвижение добровольной инициативы по воспрещению распространения, в рамках которой все больше государств сотрудничает в целях предотвращения незаконного оборота ядерного, биологического и химического оружия.

101. Наличие баллистических ракет повышенной дальности и точности вызывает все большую озабоченность у многих государств так же, как и распространение ракет, запускаемых с плеча, которые могут использоваться террористами. Государства-члены должны принять эффективные меры национального экспортного контроля, охватывающие ракеты и другие средства доставки ядерного, биологического и химического оружия, реактивные снаряды и ракеты, запускаемые с плеча, а также охватывающие запрет на передачу любых из этих средств негосударственным субъектам. Совет Безопасности должен также рассмотреть вопрос о принятии резолюции, нацеленной на то, чтобы террористам было труднее приобретать или применять ракеты, запускаемые с плеча.

102. Там, где достигнут прогресс, его следует закрепить. Конвенция 1997 года о запрещении разработки, производства, накопления и применения химического оружия и о его уничтожении¹³ призывает к полной ликвидации и уничтожению химического оружия всеми государствами-участниками, что создает историческую возможность для завершения усилий, начатых более 100 лет назад. Государства — участники Конвенции по химическому оружию должны подтвердить свою приверженность обеспечению уничтожения заявленных запасов химического оружия в намеченные сроки. Я призываю все государства немедленно присоединиться к этой Конвенции.

103. Конвенция 1975 года о запрещении разработки, производства и накопления запасов бактериологического (биологического) и токсинного оружия и об их унчитожении 14 пользуется очень высокой степенью поддержки, к ней присоединилось большое число государств, и она была еще больше укреплена в результате недавно проведенных ежегодных встреч. Государства-участники должны закрепить результаты этих встреч на Конференции 2006 года по рассмотрению действия Договора и должны заявить о своей приверженности принятию дальнейших мер по укреплению Конвенции о биологическом и токсинном оружии. Я призываю также все государства немедленно присоединиться к этой Конвенции и повысить транспарентность программ по биозащите.

104. Необходимо предпринимать дальнейшие усилия по укреплению режима биологической безопасности. Надо повысить возможности Генерального секретаря по расследованию подозреваемых случаев применения биологических агентов, как санкционировано резолюцией 42/37 Генеральной Ассамблеи, с тем чтобы он мог использовать самые современные технологии и знания, а Совет Безопасности должен использовать эти возможности в соответствии со своей резолюцией 620 (1988).

105. Действительно, Совет Безопасности должен получать более полную информацию по всем вопросам, которые касаются ядерных, химических и биологических угроз. Я призываю Совет регулярно приглашать Генерального директора МАГАТЭ и Генерального директора Организации по запрещению химического оружия для того, чтобы они информировали Совет о состоянии гарантий и процессах контроля. И я сам готов, действуя в консультации с Генеральным директором Всемирной организации здравоохранения, использовать мои полномочия в соответствии со статьей 99 Устава Организации Объединенных Наций для того, чтобы доводить до сведения Совета Безопасности информацию о любых опасных вспышках инфекционных заболеваний, которые угрожают международному миру и безопасности.

D. Уменьшение угрозы и числа войн

106. Ни одна задача не имеет большего значения для Организации Объединенных Наций, чем предотвращение и урегулирование смертоносных конфликтов. Прежде всего именно предотвращение должно быть главным элементом всех наших усилий: они начинаются с усилий по борьбе с нищетой и по содействию устойчивому развитию, затем охватывают повышение национальных возможностей по регулированию конфликтов, продвижению демократии и верховенства права и пресечению потоков стрелкового оружия и легких вооружений, а затем выливаются в прямые практические меры превентивного характера, такие, как использование добрых услуг, миссии Совета Безопасности и превентивное развертывание.

107. Государства-члены должны обеспечить, чтобы Организация Объединенных Наций имела правильную структуру и достаточные ресурсы для выполнения этих важнейших задач.

Посредничество

108. Хотя это трудно продемонстрировать, Организация Объединенных Наций почти наверняка предотвратила много войн благодаря использованию «добрых услуг» Генерального секретаря, направленных на то, чтобы содействовать мирному урегулированию конфликтов. За последние 15 лет благодаря посредничеству закончилось больше гражданских войн, чем за предыдущие два столетия, и это произошло в значительной степени потому, что Организация Объединенных Наций подавала пример, создавала возможности для переговоров, обеспечивала стратегическую координацию и предоставляла ресурсы для выполнения мирных соглашений. Однако мы несомненно могли бы спасти еще больше человеческих жизней, если бы у нас были для этого материальные возможности и кадры. Я настоятельно призываю государства-члены предоставить дополнительные ресурсы Генеральному секретарю для выполнения его функции по оказанию добрых услуг.

Санкции

109. Санкции являются одним из важнейших инструментов, которые имеются в распоряжении Совета Безопасности для целей принятия превентивных мер в связи с угрозами международному миру и безопасности. Они являются необходимым промежуточным звеном между войной и словами. В некоторых случаях санкции могут содействовать достижению соглашений. В других случаях их можно сочетать с военным давлением, направленным на ослабление и изоляцию мятежных групп или государств, которые грубо нарушают резолюции Совета Безопасности.

110. Использование финансовых и дипломатических санкций, а также санкций в отношении оружия, авиационного сообщения, поездок и сырьевых товаров, которые направлены против воюющих сторон, и особенно против конкретных лиц, которые несут самую большую прямую ответственность за политику, достойную осуждения, будет оставаться одним из важнейших инструментов в арсенале Организации Объединенных Наций. Все санкции Совета Безопасности должны эффективно осуществляться и проводиться в жизнь путем повышения возможностей государств осуществлять санкции, создания механизмов наблюдения, обладающих адекватными ресурсами, и ослабления гуманитарных последствий. Учитывая трудные условия, в которых подчас применяются санкции, и опыт последних лет, необходимо также тщательно продумывать структуру будущих режимов санкций, с тем чтобы в максимально возможной степени уменьшить страдания ни в чем не повинных третьих сторон — включая гражданское население государства, являющегося объектом санкций, — и гарантировать добросовестность программ и учреждений, связанных с санкциями.

Поддержание мира

111. На протяжении десятилетий Организация Объединенных Наций многое делала для стабилизации зон конфликтов — а в последние примерно 15 лет еще и для того, чтобы помочь странам положить конец конфликтам, — путем развертывания сил по поддержанию мира. После представления доклада Группы по операциям Организации Объединенных Наций в пользу мира (А/55/305-S/2000/809, приложение), который привел к значительным реформам в руководстве нашими операциями по поддержанию мира, вновь укрепившаяся вера государств-членов в деятельность Организации Объединенных Наций по поддержанию мира вызвала рост спроса, в результате чего Организация Объединенных Наций в настоящее время осуществляет больше миссий на местах, чем когда-либо ранее. Большинство из них в Африке, для которой — я говорю это с сожалением — развитые страны все более неохотно выделяют свои контингенты. В результате этого наши возможности сильно ограничены.

112. Я призываю государства-члены делать больше для того, чтобы Организация Объединенных Наций имела эффективный потенциал по поддержанию мира, который соответствовал бы требованиям, предъявляемым к нему. В частности, я настоятельно призываю их улучшить наши возможности по развертыванию путем создания быстро развертываемых стратегических резервов в рамках договоренностей, достигаемых Организацией Объединенных Наций. Потенциал Организации Объединенных Наций следует наращивать не для того, чтобы конкурировать с достойными восхищения усилиями, которые в настоящее время предпринимаются многими региональными организациями, а для того, чтобы сотрудничать с ними. Например, решение Европейского союза создать резервные боевые группы и решение Африканского союза создать африканские резервные силы являются очень ценным дополнением наших усилий. Более того, я считаю, что настало время для решительного продвижения вперед — к созданию взаимосвязанной системы сил и средств по поддержанию мира, которая позволит Организации Объединенных Наций взаимодействовать с соответствующими региональными организациями в рамках предсказуемых и надежных партнерских отношений.

113. Поскольку правопорядок является одним из важнейших элементов прочного мира, силы Организации Объединенных Наций по поддержанию и укреплению мира имеют священную обязанность соблюдать законы самим, и особенно уважать права людей, которым они должны помогать. В свете выдвинутых в последнее время обвинений в совершении проступков управленческим персоналом и миротворцами Организации Объединенных Наций система Организации Объединенных Наций должна вновь подтвердить, что она твердо намерена уважать, соблюдать и выполнять нормы международного права, основные права человека и основополагающие стандарты должного разбирательства. Я буду принимать меры для укрепления внутренних возможностей Организации Объединенных Наций по надзору за операциями по поддержанию мира, и я напоминаю государствам-членам об их обязанности обеспечивать судебное преследование любых членов их национальных контингентов, которые совершают преступления или правонарушения в тех государствах, куда они были направлены. Я особенно встревожен случаями, когда миротворцы Организации Объединенных Наций, как утверждают, подвергали сексуальной эксплуатации несовершеннолетних и других уязвимых лиц, и я стал проводить в жизнь политику «нулевой терпимости» по отношению к таким правонарушениям, которая распространяется на весь персонал, участвующий в операциях Организации Объединенных Наций. Я настоятельно призываю государства-члены действовать таким же образом по отношению к своим национальным контингентам.

Миростроительство

114. К сожалению, наши успехи в содействии заключению и в осуществлении мирных соглашений омрачаются некоторыми катастрофическими неудачами. Действительно, некоторые самые трагические эпизоды 90-х годов, приведшие к насилию, произошли после заключения мирных соглашений: например, в Анголе в 1993 году и в Руанде в 1994 году. Почти половина стран, которые сумели завершить войну, вновь опускается в пучину насилия в течение пяти лет. Эти два фактора ясно дают понять следующее: если мы хотим предотвратить конфликт, мы должны сделать так, чтобы мирные соглашения осуществлялись упорно и неуклонно. Однако именно в этой области в организационной структуре Организации Объединенных Наций есть зияющая пустота: ни один элемент системы Организации Объединенных Наций не занимается эффективным решением проблем, связанных с таким оказанием помощи странам, чтобы после войны установился прочный мир. Поэтому я предлагаю государствам-членам, чтобы они с этой целью создали в Секретариате Организации Объединенных Наций межправительственную Комиссию по миростроительству, а также Управление по поддержке миростроительства.

115. Комиссия по миростроительству могла бы выполнять следующие функции: сразу же после окончания войны она будет более эффективно планировать деятельность Организации Объединенных Наций по обеспечению стабильного восстановления, сосредоточивая на первоначальном этапе свои усилия на создании необходимых учреждений; содействовать обеспечению предсказуемого финансирования первоначальной деятельности по восстановлению, в частности, путем организации обзора механизмов финансирования путем начисления взносов, а также добровольных и постоянных механизмов финансирования; улучшать координацию многочисленных постконфликтных мероприятий, фондов, программ и учреждений Организации Объединенных Наций; служить в качестве форума, на котором Организация Объединенных Наций, крупные двусторонние доноры, страны, предоставляющие войска, соответствующие региональные субъекты и организации, международные финансовые учреждения, а также общенациональное правительство (или переходное правительство) данной страны могут обмениваться информацией о своих стратегиях постконфликтного восстановления в целях обеспечения большей согласованности действий; периодически делать обзор прогресса в достижении среднесрочных целей восстановления и продлевать период, в течение которого данной стране уделяется политическое внимание, чтобы он охватывал этап постконфликтного восстановления. Я не считаю, что такой орган должен иметь какие-либо функции по раннему предупреждению или наблюдению, однако это было бы очень ценно, если бы государства-члены имели возможность в любое время обратиться за советом в Комиссию по миростроительству и запросить помощь у Постоянного фонда миростроительства, чтобы укрепить свои национальные учреждения в целях ослабления конфликтов, в том числе путем укрепления правоохранительных учреждений.

116. Я полагаю, что такой орган лучше всего сочетал бы эффективность с легитимностью, если бы он был подотчетен сначала Совету Безопасности, а затем Экономическому и Социальному Совету, в зависимости от того, на каком этапе находится данный конфликт. Следует избегать одновременной подотчетности двум инстанциям, так как это будет порождать дублирование и неразбериху.

117. Комиссия по миростроительству добьется наивысшей эффективности, если ее основными членами будут подгруппа членов Совета Безопасности, аналогичное число членов Экономического и Социального Совета, ведущие страны, предоставляющие войска, и крупнейшие доноры, делающие взносы в постоянный фонд миростроительства. В ходе операций, проводимых в конкретной стране, Комиссия по миростроительству должна привлекать к работе общенациональные или переходные органы власти, соответствующие региональные субъекты и организации, страны, предоставляющие войска (в соответствующих случаях) и крупнейших доноров для данной страны.

118. Участие международных финансовых учреждений имеет исключительно большое значение. Я начал обсуждать с ними этот вопрос, чтобы определить, как они могут наилучшим образом участвовать в этой работе при должном соблюдении их мандатов и системы управления.

119. Когда эти обсуждения будут закончены — еще до сентября 2005 года, — я представлю государствам-членам на их рассмотрение более развернутое предложение.

Стрелковое оружие, легкие вооружения и наземные мины

120. Накопление запасов и распространение стрелкового оружия и легких вооружений по-прежнему создают серьезную угрозу миру, стабильности и устойчивому развитию. После того как в 2001 году была принята Программа действий по предотвращению и искоренению незаконной торговли стрелковым оружием и легкими вооружениями во всех ее аспектах и борьбе с ней¹⁵ , больше людей осознало существование этой проблемы и были предприняты различные инициативы по ее решению. Теперь мы должны начать реальное продвижение вперед путем обеспечения более строгого соблюдения эмбарго на поставки оружия, укрепления программ разоружения бывших комбатантов и путем согласования юридически обязывающего международного документа, регулирующего маркировку и отслеживание стрелкового оружия и легких вооружений, а также документа по предотвращению, ограничению и искоренению незаконной брокерской деятельности. Я настоятельно призываю государства-члены достичь договоренности по документу о регулировании маркировки и отслеживания стрелкового оружия и легких вооружений до намеченной на следующий год Конференции по обзору хода выполнения Программы действий и ускорить переговоры по документу о незаконной брокерской деятельности.

121. Мы должны также продолжать нашу работу по избавлению от наземных мин, которые, так же, как и другие неразорвавшиеся боеприпасы, до сих пор убивают и калечат ни в чем не повинных людей почти в половине стран всего мира и не дают возможности населению крупных районов выбраться из нищеты. Конвенция о запрещении применения, накопления запасов, производства и передачи противопехотных мин и об их уничтожении¹⁶ , дополненная Протоколом II с поправками¹⁷ к Конвенции о запрещении или ограничении применения конкретных видов обычного оружия, которые могут считаться наносящими чрезмерные повреждения или имеющими неизбирательное действие¹⁸ , сейчас имеет 144 государства-участника и реально изменила ситуацию на местах. Передача мин практически прекратилась, значительные территории, которые ранее были заминированными, были разминированы, и более 31 млн. складированных мин было уничтожено. Однако не все государства — участники Конвенции выполнили ее в полной мере, а в арсеналах государств, не присоединившихся к Конвенции, еще сохраняются огромные запасы мин. Поэтому я настоятельно призываю государства-участники полностью выполнить свои обязательства и призываю те государства, которые еще не сделали этого, присоединиться как к Конвенции, так и к Протоколу в кратчайшие возможные сроки.

Е. Применение силы

122. Наконец, важнейшим элементом консенсуса, к которому мы стремимся, должно быть согласие по вопросу о том, когда и как можно применять силу для защиты международного мира и безопасности. В последние годы между государствами-членами возникли глубокие разногласия по этому вопросу. Их мнения разошлись по следующим аспектам: имеют ли государства право на упреждающее применение военной силы для того, чтобы защитить себя от неминуемых угроз; имеют ли они право на превентивное применение военной силы для того, чтобы защитить себя от потенциальных или отдаленных угроз; наконец, имеют ли они право — а, может быть, и обязанность — применять военную силу в целях защиты, чтобы спасти граждан других государств от геноцида или аналогичных преступлений.

123. Необходимо достичь согласия по этим вопросам, если мы хотим, чтобы Организация Объединенных Наций стала, как это задумывалось вначале, форумом для улаживания разногласий, а не просто сценой, на которой актеры декларируют свои разногласия. И все же я считаю, что Устав нашей Организации — в его нынешнем виде — служит хорошей основой для достижения такого взаимопонимания, которое нам необходимо.

124. Неминуемые угрозы полностью охватываются статьей 51, которая гарантирует неотъемлемое право суверенных государств на самооборону от вооруженного нападения. Правоведы уже давно признают, что это охватывает неминуемое нападение, так же, как и нападение, которое уже произошло.

125. В тех же случаях, когда угрозы не относятся к категории неминуемых, а являются потенциальными, Устав дает Совету Безопасности все полномочия применять военную силу, в том числе превентивно, для поддержания международного мира и безопасности. Что же касается геноцида, этнической чистки и других подобных преступлений против человечности, то не являются ли и они угрозами международному миру и безопасности, для защиты от которых человечество тоже должно быть в состоянии обратиться к Совету Безопасности?

126. Задача заключается не в том, чтобы найти альтернативный источник полномочий вместо Совета Безопасности, а в том, чтобы улучшить его работу. Рассматривая вопрос о том, санкционировать ли или одобрять ли применение военной силы, Совет должен прийти к общему мнению по следующим аспектам: как оценить степень серьезности угрозы; какова надлежащая цель предлагаемой военной меры; есть ли реальные шансы на то, что иные меры, не доходящие до применения силы, смогут остановить эту угрозу; соразмерен ли военный курс действий нависшей угрозе; наконец, есть ли какой-то реальный шанс на успех. Взявшись обосновать таким образом необходимость военных мер, Совет сделает свои обсуждения более транспарентными и повысит вероятность того, что его решения будут пользоваться уважением как правительств, так и международной общественности. Поэтому я рекомендую Совету Безопасности принять резолюцию, излагающую эти принципы и выражающую его намерение руководствоваться ими при принятии решения о выдаче санкции или мандата на применение силы.