ОБЗОР

Для сокращения вдвое доли населения, живущего в условиях крайней нищеты (цель 1), потребуется намного более значительный экономический рост в самых приоритетных и весьма приоритетных странах, где приемлемые темпы экономического роста не были достигнуты. Вместе с тем недостаточно добиться лишь экономического роста. Нужны также стратегии, нацеленные на укрепление взаимосвязей между ускоренным экономическим ростом и повышением уровней доходов в беднейших домашних хозяйствах.

Более 1,2 млрд. человек, т.е. пятая часть народонаселения Земли, живут на менее 1 долл. США в день. В 90-е годы доля населения, страдающего от крайней нищеты по доходам, снизилась с 30 процентов до 23 процентов. Тем не менее в связи с приростом мирового народонаселения в абсолютном выражении этот показатель снизился лишь на 123 млн. человек, что крайне недостаточно для решения задачи ликвидации нищеты. Если при этом исключить Китай, то фактически численность населения, живущего в условиях крайней нищеты, увеличилась на 28 млн. человек.

Нищета по доходам концентрируется в основном в Южной и Восточной Азии, хотя оба эти региона в последнее время добились впечатляющих успехов. Как указывалось выше, в 90-е годы Китаю удалось вывести из нищеты 150 млн. человек, т.е. 12 процентов населения страны, уменьшив ее распространенность в два раза. Вместе с тем в Латинской Америке и Карибском бассейне, арабских государствах, Центральной и Восточной Европе и странах Африки, расположенных к югу от Сахары, численность населения, живущего на менее 1 долл. США в день, увеличилась.

Основной причиной сохраняющейся нищеты является отсутствие устойчивого экономического роста. В 90-е годы лишь в 30 из 155 развивающихся стран и стран с переходной экономикой, по которым имеются данные, т.е. приблизительно в пятой части стран, был достигнут прирост подушного дохода, превышающий 3 процента в год. Как указывалось выше, в 54 таких странах средние доходы фактически снизились.

Тем не менее одного только экономического роста было бы недостаточно. В зависимости от модели, структурных аспектов экономики и государственной политики экономический рост может как достигаться за счет ущемления интересов населения, так и вести к уменьшению нищеты. Масштабы нищеты увеличились даже в некоторых странах, добившихся экономического роста в целом, и за последние два десятилетия нищета по доходам обострилась в 33 из 66 развивающихся стран, по которым имеются данные. Все страны, особенно в целом благополучные, однако не избавившиеся от укоренившейся нищеты в отдельных секторах, должны проводить политику, направленную на укрепление связей между экономическим ростом и уменьшением нищеты.

Более вероятно, что экономический рост пойдет на пользу неимущему населению, если он будет иметь под собой широкую основу, а не будет концентрироваться в небольшом количестве секторов или районов, если он будет трудоемким (как в сельском хозяйстве и секторе производства готовой одежды), а не капиталоемким (как в нефтедобыче), и если поступления в государственный бюджет будут инвестироваться в развитие человеческого потенциала (например, базовое медико-санитарное обслуживание, образование, питание и водоснабжение и канализацию). И наоборот, вероятность благотворного воздействия экономического роста на положение неимущего населения понижается, если он имеет под собой узкую основу, не служит целям развития человеческого потенциала или ведет к дискриминации в плане охвата основными государственными услугами жителей сельских районов, определенных областей, этнических групп или женщин.

Государственная политика, ведущая к укреплению связей между экономическим ростом и уменьшением нищеты, включает в себя следующие элементы:

• Увеличение объемов, эффективности и соразмерности инвестиций в базовое медико-санитарное обслуживание, образование и водоснабжение и санитарию.

• Расширение доступа неимущего населения к земельным ресурсам, кредитам, профессиональной подготовке и другим экономическим активам.

• Увеличение производительности и диверсификация мелких фермерских хозяйств.

• Поощрение экономического роста в трудоемких секторах промышленности, включая малые и средние предприятия.
Для сокращения вдвое доли голодающего населения (Цель 1) необходимо решить две задачи: обеспечить доступ к продуктам питания, уже имеющимся в изобилии, и увеличить производительность мелких фермерских хозяйств, еще страдающих от голода, особенно в Африке.

В 90-е годы численность голодающего населения сократилась почти на 20 млн. человек, однако если не считать Китай, то численность голодающего населения в мире увеличилась. Больше всего голодающего населения живет в Южной Азии и странах Африки, расположенных к югу от Сахары. В Южной Азии вызов состоит в распределении продуктов питания, имеющихся в изобилии. В странах Африки, расположенных к югу от Сахары, проблема также связана с необходимостью повысить производительность сельского хозяйства.

Для борьбы с голодом государства могут прибегать к целому ряду эффективных мер. Например, в периоды продовольственных кризисов продукты питания могут поступать на рынок из резервных фондов, прежде всего действующих на местном уровне, что позволяет избежать резкого роста цен. Такие системы применяются во многих странах, в частности в Индии и Китае. Продовольственные резервы могут иметь особо важное значение для не имеющих выхода к морю стран, в которых часто бывает засуха.

Кроме того, многие голодающие являются безземельными или не имеющим гарантий землепользования крестьянами. Для предоставления неимущему сельскому населению гарантированного доступа к земельным ресурсам нужна аграрная реформа. В странах Африки, расположенных к югу от Сахары, и в Южной Азии женщины, производящие значительные объемы продуктов питания, до сих пор не имеют гарантированных прав на землепользование.

Своего решения ждет также проблема низкой производительности сельского хозяйства, особенно в маргинальных с экологической точки зрения районах с бедными почвами и значительной изменчивостью климата. «Зеленая революция» с ее впечатляющими достижениями обошла такие районы. Теперь нужна двуединая «зеленая революция» - обеспечивающая рост производительности и повышающая степень экологической устойчивости. Необходимо увеличить объемы капиталовложений в научные исследования и разработки, направленные на получение более эффективных технологий и их распространение с помощью систем сельскохозяйственного просвещения. Следует также увеличить инвестиции в инфраструктуру, в частности дороги и продовольственные склады. Нельзя не отметить, что за последние десятилетия объемы государственных капиталовложений и донорской помощи в сельском хозяйстве сокращались.

Импортные тарифы защищают рынки в богатых странах и уменьшают для фермеров из бедных стран стимулы к инвестированию в сельское хозяйство, способному повысить уровень продовольственной безопасности. Массированные субсидии в богатых странах также удерживают на низком уровне цены на мировом рынке и делают менее привлекательными инвестиции в долгосрочную продовольственную безопасность, хотя такая безопасность служила бы интересам чистых импортеров продуктов питания.

Для достижения всеобщего начального образования и ликвидации неравенства между мужчинами и женщинами в сфере начального и среднего образования (цель 2, цель 3) требуется решить взаимосвязанные проблемы выделения достаточных ресурсов, их эффективного освоения и справедливого распределения.

Во всех развивающихся регионах в начальных школах обучается более 80 процентов детей. Вместе с тем около 115 млн. детей не посещают начальную школу, и показатели охвата детей начальным образованием крайне неудовлетворительны как в странах Африки, расположенных к югу от Сахары (57 процентов), так и в Южной Азии (84 процента). Лишь каждый третий поступивший в начальную школу ребенок в Африке получает полное начальное образование. Кроме того, каждый шестой взрослый в мире неграмотен. Сохраняются колоссальные разрывы между положением мужчин и женщин: три пятых из 115 млн. детей, не посещающих школу, составляют девочки, а две трети из 876 млн. неграмотных взрослых – женщины.

Недостаточное образование лишает человека возможности вести полноценную жизнь, а общество – основы для устойчивого развития, так как образование является ключевым фактором улучшения здоровья и питания и повышения производительности труда. Поэтому Цель, связанная с образованием, имеет стержневое значение для достижения всех других целей.

В большинстве бедных стран охват населения базовым образованием отличается глубоким неравенством: на беднейшие 20 процентов населения приходится намного менее 20 процентов государственных ассигнований, а на богатейшие 20 процентов – намного более. Кроме того, объем расходов из расчета на одного ученика начальной школы намного меньше ассигнований на ученика средней школы или на студента высшего учебного заведения. Эта модель также обусловливает дискриминацию неимущих, поскольку именно они прежде всего нуждаются в базовом образовании.

Расходы домашних хозяйств на образование, например в виде платы за пользование соответствующими услугами и затрат на приобретение школьной формы, также отрицательно влияют на показатели охвата школьным обучением, особенно детей из самых бедных семей. Отмена такой платы и отказ от школьной формы в Кении, Малави и Уганде привел к резкому росту показателей охвата. Равноправие в системе образования также способствует улучшению социально-экономических показателей: страны, подошедшие ближе к достижению Цели в области образования, как правило направляют более значительные ассигнования на нужды беднейших домашних хозяйств и системы начального образования.

Страны, устранившие неравенство между полами в области образования, могут служить примером того, чем можно стимулировать родителей, чтобы они отправляли своих дочерей в школу. Речь идет о таких факторах, как расположение школ по месту жительства, сведение к минимуму прямых расходов семьи, составление расписания занятий с учетом домашних обязанностей учащихся и набор в школы учительниц (присутствие которых дает родителям девочек ощущение безопасности). В добившихся высоких показателей странах, ликвидировавших неравенство между полами в сфере образования, доли учительниц по сравнению с учителями-мужчинами намного превышают среднерегиональные доли.

Для многих систем школьного образования характерны низкие показатели оперативной эффективности: слишком много детей остается на второй год и бросает школу. В странах, где в обиходе используется несколько языков, обучение на родном языке в младших классах позволяет резко повысить успеваемость учащихся. Программы школьного питания также помогают привлечь детей в школы и удерживать их там: голодные дети не могут учиться. Программы дошкольного обучения помогают детям подготовиться к школе, что особенно актуально для семей, взрослые члены которых не имеют образования.

Сложнейшей проблемой для стран с низкими показателями охвата детей школьным обучением является финансирование текущих расходов с учетом необходимости более рационально распределять ресурсы на зарплату учителям, которые обычно составляют не менее 90 процентов текущих расходов, и другие нужды, например на обеспечение учащихся учебниками. Низкий уровень расходов особенно пагубно сказывается на положении неимущих, так как на элиты и привилегированные группы как правило приходятся непропорционально высокие доли скромных по размерам бюджетов. Кроме того, небольшие размеры бюджета затрудняют проведение реформ. Добиваться большего равенства или роста эффективности легче в условиях увеличения ассигнований на образование.

Проблему нехватки ресурсов усугубляет уменьшение объемов донорской помощи на нужды образования. В 90-е годы объемы такой помощи уменьшились на 30 процентов и в реальном выражении составили 4,7 млрд. долл. США, причем на базовое образование приходится лишь 1,5 млрд. долл. США. Как правило, доноры охотнее финансируют расходы на приобретение оборудования и другие капитальные затраты, а не расходы на обеспечение учащихся учебниками, зарплату учителей и другие текущие расходы, хотя ресурсов не хватает прежде всего на покрытие именно текущих расходов.

В области организации и финансирования образования частный сектор должен делать больше для поддержки образования второй и третей ступеней. Правительствам следует поощрять НПО и частный сектор к увеличению предложения услуг в области образования, сохраняя при этом за собой контроль над стандартами и собирая в централизованном порядке данные о количестве и качестве частных учебных заведений. В условиях нехватки ресурсов соображения равноправия и эффективности обусловливают нежелательность государственного субсидирования частного начального образования в ущерб базовому образованию для неимущих.

Как правило, страны могут изыскивать больше средств для финансирования расходов на образование в условиях экономического роста. Тем не менее беднейшим странам необходимо тратить больше средств на образование, чтобы выбраться из нищеты, однако они не располагают достаточными для этих базовых инвестиций ресурсами.


Задачи поощрения равенства между мужчинами и женщинами и расширения возможностей женщин (Цель 3), важные сами по себе, имеют также стержневое значение для достижения всех других целей.

Поощрение равенства между мужчинами и женщинами и расширения возможностей женщин 8 в более общем плане является одной из ключевых целей, сформулированных в Декларации тысячелетия, тогда как устранение неравенства в области начального и среднего образования представляет собой лишь установленный количественный ориентир. Образование способствует улучшению состояния здоровья населения, а повышение уровня образования и улучшение состояния здоровья ведут к повышению производительности, которая стимулирует экономический рост. В свою очередь, рост генерирует ресурсы, которые можно использовать для финансирования мер по дальнейшему улучшению охраны здоровья и образования населения, ведущему к дальнейшему повышению производительности. Равенство между мужчинами и женщинами играет стержневую роль в достижении такого кумулятивного эффекта, так как женщины являются движущей силой процесса развития.

Почти во всех обществах женщины берут на себя основную заботу о детях. Поэтому от уровня их образования, подкрепленного весомостью слова женщины при принятии решений в семье, больше, чем от уровня образования мужчин, зависит состояние здоровья и образование следующего поколения. Повзрослев, получившие образование женщины заводят меньше детей, которые вырастают более здоровыми, и процесс сокращения рождаемости ускоряется. Лучше образованные, более здоровые женщины также вносят вклад в повышение производительности, например внедряя новаторские методы сельскохозяйственного производства, а значит и в увеличение доходов своей семьи. Кроме того, такие женщины часто работают еще и по найму, получая дополнительный доход, который повышает уровень их самостоятельности. Эти благотворные процессы действуют более эффективно, когда женщины участвуют в принятии решений на уровне семьи, а их позитивное кумулятивное воздействие становится еще более реальным, когда женщины получают возможность коллективно требовать дальнейшего расширения своих прав, например на образование, медицинское обслуживание и равенство в вопросах трудоустройства.

Для сокращения детской смертности, улучшения охраны здоровья матерей и борьбы против ВИЧ/СПИДа, малярии и других болезней (цели 4, 5, 6) требуется кардинальное расширение доступа населения к медицинскому обслуживанию.

Каждый год от поддающихся предупреждению заболеваний гибнет более 10 млн. детей. Это означает, что каждый день от них умирает 30 тыс. детей. Ежегодно более 500 тыс. женщин умирают во время беременности и родов, причем вероятность такого исхода в 100 раз выше в странах Африки, расположенных к югу от Сахары, чем в странах ОЭСР с высокими доходами. Во всем мире ВИЧ/СПИДом заражены 42 млн. человек, причем 39 млн. из них живут в развивающихся странах. Из всех инфекционных заболеваний на первом месте по смертности среди взрослых (наряду со СПИДом) по-прежнему находится туберкулез, уносящий жизни почти 2 млн. человек в год. В течение следующих 20 лет смертность от малярии, ныне составляющая 1 млн. человек в год, может удвоиться.

Без значительного ускорения прогресса цели в области развития, сформулированные в Декларации тысячелетия, на этом направлении (цели 4– 6) не будут достигнуты. Даже в контексте Цели, касающейся детской смертности, где прогресс является достаточно стабильным, при нынешних темпах странам Африки, расположенным к югу от Сахары, не удастся снизить детскую смертность на две трети ранее, чем через 150 лет после наступления установленного в Декларации срока.

Такая статистика является позорной, если учесть, что многие из обусловленных подобными причинами смертей можно было бы предотвратить путем более широкого использования противо-малярийных сеток в спальных помещениях, привлечения традиционных акушерок, применения доступных по ценам антибиотиков, базовой гигиены и методики лечения, известной под названием «краткий курс лечения под непосредственным наблюдением врача» (ДОТС) для борьбы против туберкулеза, и хотя ни одно из этих решений не требует применения сложных технологий, в комплексе они могут спасти миллионы жизней. Тем не менее для слишком многих стран они остаются недосягаемыми... Почему? Причины этого явления носят общесистемный характер. Как и в случае с образованием, для финансирования систем здравоохранения (особенно базового медико-санитарного обслуживания) не хватает ресурсов, а услуги существующих систем предоставляются без соблюдения принципа равноправия и с низкой эффективностью.

Финансирования систем здравоохранения в бедных странах совершенно недостаточно для достижения Целей. Ни одна страна ОЭСР с высокими доходами не тратит на нужды общественного здравоохранения меньше 5 процентов своего ВВП, однако развивающиеся страны редко преодолевают этот порог, а большинство из них затрачивает на его нужды 2 –3 процента ВВП. В 1997 году средний показатель государственных расходов на здравоохранения составил всего 6 долл. США на душу населения в наименее развитых странах и 13 долл. США в других странах с низкими доходами по сравнению со 125 долл. США в странах с доходами выше средних и 1356 долл. США в странах с высокими доходами. По оценке Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), уровень в 35 – 40 долл. США на душу населения представляет собой минимально приемлемый объем финансирования базового медико-санитарного обслуживания. В бедных странах практически невозможно платить по международным ценам за необходимые для спасения жизней людей лекарства, и требовать от неимущих людей таких платежей – почти преступно.

Скудость и неадекватность бюджетных ресурсов наносит ущерб прежде всего неимущим группам населения. В большинстве стран на беднейшие 20 процентов домашних хозяйств приходится намного менее 20 процентов расходов на медицинское обслуживание. В то же время более уравновешенные расходы позволяют добиваться лучших результатов. Например, страны, ассигнующие больше ресурсов в интересах более бедных домашних хозяйств, достигают улучшения показателей детской смертности. Еще одним примером несправедливого распределения расходов являются различия между городом и селом. Обычно сельские районы получают намного меньше ресурсов. В Камбодже в сельских районах проживает 85 процентов населения, однако его обслуживают лишь 13 процентов работников государственной системы здравоохранения. В Анголе в сельских районах проживает 65 процентов населения, однако там работают лишь 15 процентов медиков.

Нехватка ресурсов подрывает эффективность систем здравоохранения в целом, так как проблемы в одних местах усугубляют проблемы в других местах. Когда в больницах нет лекарств, больные неохотно обращаются в них за медицинской помощью. Это ведет к прогулам персонала, что еще больше подрывает эффективность. Поскольку население уже не рассчитывает на получение достойного медицинского обслуживания, оно перестает контролировать работу медучреждений, которая в свою очередь все меньше (и уж никак не больше) удовлетворяет потребности общины.

Государственная политика должна быть нацелена на решение всех проблем: нехватки ресурсов, низкого уровня обслуживания и недостаточного равноправия и эффективности:

• Мобилизация ресурсов. Правительства бедных стран должны отдавать предпочтение расходам на медицинское обслуживание населения по сравнению с другими расходами, например оборонными. В структуре бюджетных ассигнований на здравоохранение предпочтение должно отдаваться базовым медицинским услугам. Вместе с тем в странах с низкими доходами этого едва ли окажется достаточно.

• Увеличение объема внешних ресурсов. К ним относится внешняя помощь, хотя облегчение бремени внешней задолженности, передача в дар лекарств и предоставление фармацевтическими компаниями ценовых скидок также были бы полезными мерами.

• Увеличение равноправия. Правительства должны ликвидировать дисбалансы, сосредоточив основное внимание на сельских районах, бедных общинах, женщинах и детях. В то же время сосредоточение внимания исключительно на первичном медико- санитарном обслуживании не поможет: государственные больницы, переполненные больными СПИДом или туберкулезом, не смогут обслуживать других пациентов.

• Повышение эффективности систем здравоохранения. В условиях острого дефицита наличных денег правительства, пытающиеся определить приоритеты, сталкиваются с дилеммой. Первой приоритетной задачей является сохранение единой системы. Построенные по вертикальному принципу программы борьбы с конкретными болезнями стали популярны, однако они не могут быть эффективными или устойчивыми без базовой медицинской инфраструктуры. Такие программы следует интегрировать с другими структурами здравоохранения. Такая же острая потребность существует и в интеграции охраны здоровья матерей и репродуктивного здоровья. Многие страны сосредоточивают основное внимание на планировании семьи в ущерб охране здоровья матери и ребенка. Недостаточно сосредоточить внимание на базовых программах; такие же усилия необходимы для обеспечения того, чтобы в каждом центре первичного медико-санитарного обслуживания были элементарные лекарства.

Поскольку частные медики – это люди, к которым в первую очередь обращаются многие неимущие, правительства должны путем совершенствования нормативно-правовой базы шире привлекать их к обслуживанию населения. Полезными могут оказаться многие меры: законодательство о защите интересов потребителя, аккредитация, ориентирующая потребителя на зарегистрированных специалистов, заключение со специалистами договоренностей об ограничении их практики простейшим медикаментозным лечением. В то же время там, где медицинское обслуживание более высокого уровня было приватизировано на основе систем регулируемого лечения, например во многих странах Латинской Америки, опыт оказался не столь положительным для самых неимущих групп населения.

Для сокращения вдвое доли населения, не имеющего доступа к безопасной питьевой воде и современным системам канализации (Цель 7), требуется комплексный подход. Без соблюдения правил санитарии и гигиены снабжение безопасной водой не дает столь значительного эффекта с точки зрения здоровья населения.

Более 1 млрд. человек, т.е. каждый пятый человек в мире, не имеют доступа к безопасной воде, а 2,4 млрд. человек не имеют доступа к современным средствам санитарии. Каждый из этих факторов может превращаться в вопрос жизни и смерти. Диарея занимает первое место по смертности детей младшего возраста: количество умерших от нее в 90-е годы детей превышает численность всех человеческих жертв вооруженных конфликтов после Второй мировой войны. Больше всего от диареи страдает неимущее население сельских и трущобных районов.

Как и в контексте других Целей, относительно дешевые технические решения, доступные общинам, хорошо известны: защищенные колодцы, общественные водяные насосы, защищенные источники родниковой воды, смывные уборные, элементарные выгребные уборные, вентилируемые выгребные уборные и подключение к септическим резервуарам или закрытым общественным сточным каналам. И все же ряд факторов подрывает эффективность этих решений. Кроме того, они не вполне адекватны:

Водоснабжение без доступа к канализации. Доступ к безопасной воде оказывается намного менее эффективным с точки зрения охраны здоровья населения, если он не сопровождается улучшением гигиены и доступа к канализации. Значительные ресурсы здравоохранения расходуется на лечение передаваемых через воду болезней, которые можно было предупредить путем снабжения населения безопасной водой и улучшения санитарии и гигиены. Вместе с тем, хотя потребность в безопасной воде не вызывает сомнения, спрос на доступ к безопасной канализации намного больше зависит от санитарно-гигиенического просвещения. Неимущие домашние хозяйства вынуждены по собственной инициативе устанавливать в домах канализационные системы и зачастую самостоятельно оплачивать соответствующие расходы. Маловероятно, что они пойдут на подобные затраты без убежденности в необходимости такого капиталовложения.

Нехватка ресурсов для финансирования дорогостоящей инфраструктуры. В городских и пригородных районах для налаживания водоснабжения должна быть проведена разработка водоисточника, организована переброска воды в обслуживаемый район и создана сеть для ее распределения. Для обеспечения санитарии нужна общественная система ассенизации и очистки. Необходимые для этих мероприятий инвестиции намного превышают по своим объемам ресурсы большинства местных органов управления. Даже в странах со средними доходами эти элементы должны предоставляться национальными правительствами. Самым дорогостоящим компонентом инфраструктуры водоснабжения и санитарии является очистка сточных вод для предупреждения попадания необработанных стоков в реки и заражения подземных водоносных горизонтов. Для ее создания нужны также современные технологии. Вместе с тем у муниципальных органов нет ресурсов для инвестирования в базовую санитарную инфраструктуру.

Высокие тарифы и некачественное обслуживание. Правительства должны обеспечивать, чтобы доступу неимущего населения к водоснабжению и санитарии не препятствовали неоправданно высокие тарифы, субсидирующие другие группы населения, которые не являются неимущими. Благополучные в экономическом отношении группы должны нести более значительную часть финансовых издержек по обслуживанию и эксплуатации соответствующей инфраструктуры. Расходы на дорогостоящие системы, устанавливаемые в более богатых районах городов, отвлекают ресурсы, необходимые для создания недорогостоящих систем, вследствие чего трущобные и пригородные районы часто вообще не обслуживаются. Кроме того, во многих сельских и пригородных районах системы водоснабжения как правило эксплуатируются неэффективно. В таких районах ключевым фактором улучшения обслуживания оказывается активное участие населения.

Опыт участия многонациональных частных структур в организации водоснабжения и санитарии не является однозначным. Отмечен ряд успешных проектов частного сектора по расширению сетей водоснабжения для неимущего населения в крупных городах (например, Буэнос-Айресе, Аргентина, и мегаполисе Манилы, Филиппины). Вместе с тем, эти успехи подчас омрачаются крупномасштабной коррупцией и невыполнением договоренностей с правительствами. В этом секторе следует стимулировать местное предпринимательство, обеспечиваемое финансированием по линии национальных банков развития.


Для обеспечения экологической устойчивости (Цель 7) необходимо наладить управление экосистемами, с тем чтобы они могли служить базой для предоставления услуг, имеющих значение для жизни человека. Выполнение этой задачи будет также иметь важное значение для достижения других целей.

Почвенная деградация затронула почти 2 млрд. гектаров площадей, что нанесло ущерб благосостоянию почти 1 млрд. человек, живущих на засушливых землях. Около 70 процентов имеющих коммерческое значение рыбных угодий полностью или частично уничтожены в результате перелова, а 1,7 млрд. человек, т.е. треть населения развивающихся стран, живут в странах, которым угрожает дефицит водных ресурсов.

Географическая модель потребления, экологического ущерба и последствий хозяйственной деятельности человека характеризуется неуравновешенностью. Богатые страны больше всего загрязняют глобальную окружающую среду и истощают мировые природные ресурсы. В числе основных примеров можно назвать истощение мировых рыбных запасов и выброс парниковых газов, являющихся причиной изменений климата. Оба примера связаны с неустойчивыми моделями потребления богатых людей и стран. В богатых странах объем выбросов двуокиси углерода на душу населения составляет 12,4 т, тогда как в странах со средним доходом он составляет 3,2 т, а в странах с низкими доходами – 1 т. Неимущие группы населения находятся в наиболее уязвимом положении в случае возникновения кризисных и неблагоприятных экологических явлений, например предполагаемых последствий глобального изменения климата.

Обращение вспять этих негативных тенденций, являющееся важной целью как таковое, способствовало бы также достижению других целей, поскольку на состояние здоровья, доходы и возможности неимущих существенно повлияло расточительное отношение к природным ресурсам. Около 900 млн. неимущих людей, живущих в сельских районах, зависят от природных продуктов, дающих им значительную часть средств к существованию. Экологические факторы риска обусловливают почти пятую часть заболеваний в бедных странах. Изменения климата могут нанести ущерб производительности сельского хозяйства в бедных странах и повысить риски, например из-за учащения наводнений. Можно было бы привести и много других примеров, подтверждающих взаимосвязь между природоохранной Целью и другими целями.

При разработке стратегий, поощряющих экологическую устойчивость, следует подчеркивать значение вовлечения в процесс поисков решений местного населения. Они также должны отражать важное значение того, чтобы богатые страны изменили свою политику. Следует отметить следующие политический приоритеты:

• Укрепление институтов и управления. Четкое определение имущественных прав и прав пользователей, совершенствование контроля за соблюдением экологических стандартов и вовлечение общин в деятельность по управлению их экологическими ресурсами.

• Включение компонентов экологической защиты и управления в секторальные стратегии и другие стратегии развития каждой страны.

• Совершенствование функционирования рынков. Упразднение субсидий, особенно в богатых странах, если такие субсидии наносят ущерб окружающей среде (например субсидий на приобретение ископаемых энергоносителей или содержание крупных коммерческих рыболовных флотов), и учет экологических издержек с помощью наценок за загрязнение окружающей среды.

• Укрепление международных механизмов. Улучшение международного регулирования в областях, имеющих глобальное значение, например защита международных водосборных бассейнов и обращение вспять процесса изменения климата, сопровождающееся улучшением механизмов равноправного распределения связанных с этими задачами расходов.

• Инвестирование в науку и технологии. Увеличение объемов инвестиций во внедрение технологий использования возобновляемых источников энергии и создание системы наблюдения за функционированием и состоянием основных экосистем.

• Сохранение важнейших экосистем. Создание охраняемых территорий при участии местного населения.

Для того, чтобы эти стратегии воплотились в жизнь и начали приносить плоды, необходимо наладить новые партнерские отношения между богатыми и бедными странами. В целях обеспечения справедливого разделения обязанностей крупные страны должны увеличить свой вклад в деятельность по уменьшению последствий деградации окружающей среды и выделять больше ресурсов для ее восстановления. При этом, как и в контексте других целей, настоятельно необходимо выправить некоторые разительные диспропорции.

Изменения в политике богатых стран в области оказания помощи, международной задолженности, торговли и передачи технологий (Цель 8) имеют существенно важное значение для достижения всех целей.

Трудно представить себе, что беднейшие страны смогут достигнуть целей 1 – 7 без изменений в политике богатых стран, предусмотренных в контексте Цели 8. Самостоятельно бедные страны не в силах преодолеть структурные препятствия, удерживающие их в путах нищеты, к числу которых относятся практикуемые богатыми странами тарифы и субсидии, ограничивающие доступ на рынки для экспорта бедных стран, патенты, ограничивающие доступ к спасающим жизни людей медицинским технологиям, и непосильные долги, причитающиеся правительствам богатых стран и многосторонним учреждениям.

Беднейшие страны не располагают ресурсами, необходимыми для финансирования инвестиций в целях достижения стержневых ориентиров в областях инфраструктуры, образования и здравоохранения. Они не располагают ресурсами для капиталовложений в развитие сельского хозяйства и мелкомасштабного обрабатывающего производства в целях повышения их производительности. Такие инвестиции являют собой основу для избавления от укоренившейся нищеты, и их нужно производить, не дожидаясь генерирующего ресурсы экономического роста.. Дети, умирающие от поддающихся предупреждению заболеваний, не могут дожидаться, пока экономический рост генерирует ресурсы.

Механизм партнерства, заложенный в Декларации тысячелетия и Монтеррейском консенсусе, зиждется на четком осознании того, что основная ответственность за достижение целей 1 – 7 возлагается на развивающиеся страны. В его рамках такие страны должны мобилизовать внутренние ресурсы для финансирования рассчитанных на смелую перспективу программ и проведения политических реформ в целях дальнейшего повышения эффективности управления экономикой, предоставления неимущим возможностей для участия в принятии решений и поощрения демократии, прав человека и социальной справедливости. Вместе с тем консенсус представляет собой также договоренность, предусматривающую согласие богатых стран делать больше, однако руководствуясь критериями эффективности освоения бедными стран помощи, а не якобы имеющимися у них правами на ее получение. Компакт отражает признание важнейшей роли богатых стран, которая со всей очевидностью вытекает из Цели 8.

Богатые страны обещали принять практические меры на целом ряде направлений на Саммите тысячелетия и Монтеррейской международной конференции по финансированию развития, состоявшейся в марте 2002 года, а также на прошедшей в Йоханнесбурге в сентябре 2002 года Всемирной встрече на высшем уровне по устойчивому развитию. В ноябре 2001 года в Дохе, Катар, министры торговли обязались обеспечить интересам бедных стран центральное место в своей будущей работе над архитектурой системы международной торговли. Пришло время богатым странам выполнить свои обещания.

Больше всего в практических шагах богатых стран нуждаются самые приоритетные страны, которым предстоит пройти самый длинный путь для достижения целей, поскольку в связи с экономическим застоем, продолжавшимся не менее десятилетия, у них накопилась непосильная внешняя задолженность. Эти страны зависят от экспорта сырьевых товаров, цены на которые устойчиво снижаются. В 90-е годы резко сократился также объем внешней помощи (в странах Африки, расположенных к югу от Сахары, он сократился вдвое из расчета на душу населения), и ее явно не хватает для достижения Целей.

Увеличение объемов и повышение эффективности помощи. Обвальное сокращение объемов помощи было остановлено благодаря обязательствам, данным на Монтеррейской конференции, где богатые страны обещали дополнительно выделять до 2006 года около 16 млрд. долл. США в год. Тем не менее благодаря этому увеличению общий объем официальной помощи в целях развития достигнет лишь 0,26 процента от совокупного валового национального дохода 22 стран – членов Комитета содействия развитию ОЭСР, что намного меньше 0,7 процента – показателя, к достижению которого богатые страны обязались стремиться на конференциях в Монтеррее и Йоханнесбурге. Эта цифра также намного меньше оцениваемых потребностей, которые по консервативным расчетам составляют порядка 100 млрд. долл. США в год, для обеспечения которых потребовалось бы удвоить объем помощи, доведя его до примерно 0,45 процентов совокупного валового национального дохода стран – членов Комитета содействия развитию.

Впрочем, одного лишь увеличения помощи недостаточно: она должна также стать более эффективной. Монтеррейский консенсус включает обязательство доноров помогать только при условии согласованных усилий развивающихся стран по улучшению экономического и демократического управления и внедрения ими стратегий, направленных на реальное уменьшение нищеты. Консенсус также обязывает доноров совершенствовать свои методы и прежде всего уважать приоритеты развития странполучателей помощи, прекратить увязывать оказание помощи с другими требованиями, согласовать используемые ими методы и уменьшить административную нагрузку развивающихся стран, а также осуществить децентрализацию. Эти важные обязательства были подтверждены в Римской декларации по вопросам согласования, принятой главами многосторонних и двусторонних учреждений по вопросам развития на Форуме высокого уровня, который состоялся в Риме в феврале 2003 года.

Новые подходы к облегчению бремени внешней задолженности. Двадцать шесть стран добились облегчения своего бремени внешней задолженности в рамках Инициативы в интересах бедных стран с крупной задолженностью (БСКЗ), причем восемь из 26 стран вышли на «точку завершения», что означает частичное списание основной суммы их долга. Тем не менее необходимо сделать намного больше, причем не только для увеличения числа получающих скидки стран, но и для обеспечения реальной посильности долгового бремени стран. Например Уганда недавно пострадала в результате резкого падения цен на кофе и сокращения экспортных поступлений, вследствие чего уровни ее задолженности вновь стали непосильными.

Расширение доступа к рынкам в целях оказания странам содействия в диверсификации и расширении внешней торговли. Торговая политика богатых стран по-прежнему является крайне дискриминационной по отношению к экспорту развивающихся стран. Средние тарифы ОЭСР на промышленные товары из развивающихся стран более чем в четыре раза превышают их тарифы на такие же товары из других стран ОЭСР. Кроме того, сельскохозяйственные субсидии в богатых странах порождают нечестную конкуренцию. Хлопкоробы в Бенине, Буркина-Фасо, Чаде, Мали и Того повысили производительность и добились более низких производственных издержек по сравнению с конкурентами из богатых стран. Тем не менее они едва ли способны соревноваться с ними. Совокупный объем сельскохозяйственных субсидий в богатых странах составляет более 300 млрд. долл. США в год, что в пять раз превышает размеры официальной помощи в целях развития.

Выполнение взятых обязательств и определение новых ориентиров. Богатые страны дали много обязательств, однако большинство из них не подкреплено конкретными сроками или количественными ориентирами. Для того, чтобы развивающиеся страны достигли целей 1-7 к 2015 году, богатым странам необходимо добиться прогресса в ряде важнейших областей до наступления этого срока и по своей инициативе установить соответствующие промежуточные ориентиры, чтобы их прогресс поддавался контролю. В настоящем докладе предлагается, чтобы богатые страны определили следующие ориентиры:

• Увеличить размеры ОПР для заполнения финансовых пробелов, оцениваемых в как минимум в 50 млрд. долл. США.

• Разработать конкретные меры по осуществлению Римской декларации по вопросам согласования.

• Упразднить тарифы и квоты на сельско- хозяйственную продукцию, текстиль и готовую одежду, экспортируемые развивающимися странами.

• Упразднить субсидии на экспорт продукции сельского хозяйства.

• Договориться о создании и финансировании в интересах БСКЗ фонда компенсационного финансирования, обеспечивающего их защиту от внешних потрясений, включая падение цен на сырьевые товары.

• Согласовать и финансировать более значительное уменьшение размеров внешней задолженности для БСКЗ, достигших «точки завершения», в целях обеспечения посильности долгового бремени.

• Включить в Соглашение по ТАПИС положения о защите традиционных знаний и вознаграждении за их использование.

• Договориться в отношении того, что могут делать страны, не располагающие существенным производственным потенциалом, для охраны здоровья населения в соответствии с Соглашением по ТАПИС.

Подобно тому, как население может контролировать выполнение правительством страны его обязательств, богатые страны должны контролировать свой собственный прогресс в выполнении своих обязательств. Они должны подготавливать доклады о прогрессе, внося вклад в формирование глобальной стратегии уменьшения нищеты, в которых отражалось бы их понимание своих приоритетных задач.

***

Цели в области развития, сформулированные в Декларации тысячелетия, поставили международное сообщество перед трудным выбором. Если кардинальное улучшение положения не будет достигнуто, то слишком много стран не выполнят стоящие перед ними задачи, что будет иметь катастрофические последствия для самых неимущих и уязвимых групп их граждан. Вместе с тем сегодня международное сообщество имеет небывалые возможности для выполнения обязательств в области искоренения нищеты. Впервые между богатыми и бедными странами достигнут подлинный консенсус в отношении того, что нищета представляет собой общемировую проблему. Бороться с ней нужно сообща, всем миром. Как отмечается в настоящем Докладе, многие решения проблем голода, болезней, нищеты и необразованности хорошо известны. Сейчас нужно подкрепить предпринимаемые усилия надлежащими ресурсами и обеспечить более справедливое и эффективное распределение предоставляемых услуг. Ни одна из этих задач не может быть решена, пока все страны – как богатые, так и бедные, не начнут действовать с учетом своей ответственности перед миллиардами неимущих людей во всем мире.

Борьба за достижение целей – определение самых высокоприоритетных и высокоприоритетных стран

Приоритетные страны по каждой цели

В докладе по каждой цели развития Декларации тысячелетия выделяются ‘самые высокоприори тетные’ и ‘высокоприоритетные’ страны (см. тематический раздел 2.1). Задача состоит в том, чтобы определить страны, где для достижения цели (самые высокоприоритетные страны) требуются срочные действия, и страны, где ситуация не столь безнадежна, но где еще необходим существенный прогресс(см. техническое примечание 2).

В самых высокоприоритетных странах непреодолимая нищета населения усугубляется отсутствием прогресса или его регрессом ( см. матрицу). Это кризисные страны, отстающие по всем показателям достижения каждой цели и требующие внимания и и ресурсов международного сообщества.


В высокоприоритетных странах ситуация не столь безвыходная, хотя стоящие перед ними проблемы огромны. К их числу относятся страны со средним исходным уровнем, но отсутствием прогресса или отрицательным ростом или страны, население которых живет в крайней нищете, хотя они продвигаются вперед умеренными темпами – но далеко не достаточными для достижения поставленной цели.


Приоритетные страны по ряду целей


Наибольшую обеспокоенность вызывают страны из числа ‘самых высокоприоритетных’ или ‘высокоприоритетных’ по широкому кругу целей.


К самым высокоприоритетным странам с отставанием по ряду целей относится 31 страна: эти страны являются самыми высокоприоритетными по меньшей мере по 3 целям или по крайней мере по половине целей, по которым у них имеются как минимум три блока данных. Если данные имеются только по двум целям, они квалифицируются как «самые высокоприоритетные» или «высокоприоритетные» по обеим.

Число высокоприоритетных стран по ряду целей составляет 28. Эти страны в целом не
относятся к категории «самых высокоприоритетных», но по меньшей мере по 3 целям входят в группу «самых высокоприоритетных» или «высокоприоритетных», по двум целям квалифицируются как «самые высокоприоритетные» или являются «самыми высокоприоритетными» или «высокоприоритетными» по меньшей мере по половине целей, по которым имеются как минимум три блока данных. Если данные имеются только по двум целям, они квалифицируются как «самые высокоприоритетные» или «высокоприоритетные» по обеим.


Еще 78 стран располагают достаточными данными для оценки, но не относятся ни к одной из этих категорий. И еще 32 другие страны не имеют достаточных для достоверной оценки данных.


Отнесение стран к самым высокоприоритетным, высокоприоритетным и другим категориям полезно, но здесь следует проявлять осторожность. Классификация показывает, что страны с самым высоким риском потерпеть неудачу в достижении целей находятся в Африке к югу от Сахары и Центральной Азии. Однако исходные данные по каждой цели часто грешат неточностью, и некоторые классификации стран изменятся при поступлении более точных данных. Более того, многие страны не имеют слишком много данных по отдельным целям, чтобы получить соответствующую классификацию. Таким образом, некоторые из 32 стран,относящихся к категории «другие», были бы классифицированы как самые высокоприоритетные или высокоприоритетные страны, если бы исходные данные были более полными.


Кроме того, используемые здесь классификационные критерии вполне рациональны, хотя и являются одними из многих возможных разумных решений. Некоторые страны имеют пограничную классификацию между категориями и могут поменять свою позицию, если использовать несколько иные критерии. И наконец, многие страны, не относящиеся к самым высокоприоритетным или высокоприоритетным странам часто отстают по одной или более целей и нуждаются в существенном внимании и помощи международного сообщества.


Резюме доклада о развитии человека за 2003 год